100 самых читаемых стихотворений

Список регулярно обновляется в зависимости от интересов читателей


Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «В горах»
1 
  
Голубой саксонский лес 
Снега битого фарфор. 
Мир бесцветен, мир белес, 
точно извести раствор. 
  
Ты, в коричневом пальто, 
я, исчадье распродаж. 
Ты – никто, и я – никто. 
Вместе мы – почти пейзаж. 
  
2 
  
Белых склонов тишь да гладь. 
Стук в долине молотка. 
Склонность гор к подножью дать 
может кровли городка. 
  
Горный пик, доступный снам, 
Читать
Геннадий Шпаликов
Геннадий Шпаликов «Лают бешено собаки»
Лают бешено собаки 
В затухающую даль, 
Я пришел к вам в черном фраке, 
Элегантный, как рояль. 
Было холодно и мокро, 
Жались тени по углам, 
Проливали слезы стекла, 
Как герои мелодрам. 
Вы сидели на диване, 
Походили на портрет. 
Молча я сжимал в кармане 
Леденящий пистолет. 
Расположен книзу дулом 
Сквозь карман он мог стрелять, 
Я все думал, думал, думал – 
Убивать, не убивать? 
И от сырости осенней 
Дрожи я сдержать не мог, 
Вы упали на колени 
У моих красивых ног. 
Читать
Герман Плисецкий
Герман Плисецкий «Я тебя бы на руки взял…»
Я тебя бы на руки взял, 
я тебя бы взял и унёс, 
тихо смеясь на твои «нельзя», 
вдыхая запах твоих волос. 
 
И, не насытившись трепетом тел, 
стуком в груди нарушая тишь, 
всё просыпался бы и глядел, 
плача от радости, как ты спишь. 
 
Я бы к тебе, как к ручью, приник, 
как в реку, в тебя бы гляделся я. 
Я бы за двести лет не привык 
к бездонной мысли, что ты моя. 
.............................. 
Если бы не было разных «бы», 
о которые мы расшибаем лбы. 
  
          1956
Читать
Дмитрий Быков
Дмитрий Быков «На самом деле, мне нравилась только ты»
На самом деле, мне нравилась только ты, 
      
Мой идеал и моё мерило.  
Во всех моих женщинах были твои черты,  
И это с ними меня мирило.  
Пока ты там, покорна своим страстям,  
Порхаешь между Орсе и Прадо,  
Я, можно сказать, собрал тебя по частям 
     – 
Звучит ужасно, но это правда.  
Одна курноса, другая с родинкой на 
     спине,  
Третья умеет всё принимать как 
     данность.  
Одна не чает души в себе, другая во мне 
     – 
Вместе больше не попадалось.  
Одна как ты, с лица отдувает прядь,  
Другая вечно ключи теряет.  
А что, я ни разу не мог в одно это всё 
Читать
Вера Полозкова
Вера Полозкова «Бернард пишет Эстер»
Бернард пишет Эстер: «У меня есть семья 
     и дом. 
Я веду, и я сроду не был никем ведом. 
По утрам я гуляю с Джесс, по ночам я 
     пью ром со льдом. 
Но когда я вижу тебя – я даже дышу с 
     трудом». 
 
Бернард пишет Эстер: «У меня возле дома 
     пруд, 
Дети ходят туда купаться, но чаще врут, 
Что купаться; я видел всё – Сингапур, 
     Бейрут, 
От исландских фьордов до сомалийских 
     руд, 
Но умру, если у меня тебя отберут». 
 
Бернард пишет: «Доход, финансы и аудит, 
Джип с водителем, из колонок поёт Эдит, 
Скидка тридцать процентов в любимом 
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Каждый перед Богом наг»
Что дозволено Юпитеру, 
          не дозволено быку. 
  
Каждый перед Богом наг. 
Жалок, наг и убог. 
В каждой музыке – Бах, 
В каждом из нас – Бог. 
  
Ибо вечность – Богам. 
Бренность – удел быков... 
Богово станет нам 
сумерками Богов. 
  
И надо небом рискнуть, 
может быть, невпопад. 
Ещё нас не раз распнут 
и скажут потом: распад. 
  
И мы завоем от ран, 
потом взалкаем даров ... 
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Все начинается с любви...»
Все начинается с любви... 
Твердят: 
«Вначале 
    было 
        слово...» 
А я провозглашаю снова: 
Все начинается 
с любви!.. 
  
Все начинается с любви: 
и озаренье, 
    и работа, 
глаза цветов, 
глаза ребенка - 
все начинается с любви. 
  
Все начинается с любви, 
С любви! 
Я это точно знаю. 
Все, 
Читать
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Любовь, измена и колдун»
В горах, на скале, о беспутствах 
     мечтая, 
     Сидела Измена худая и злая. 
     А рядом под вишней сидела Любовь, 
     Рассветное золото в косы вплетая. 
  
     С утра, собирая плоды и коренья, 
     Они отдыхали у горных озер. 
     И вечно вели нескончаемый спор – 
     С улыбкой одна, а другая с 
     презреньем. 
  
     Одна говорила: - На свете нужны 
     Верность, порядочность и чистота. 
     Мы светлыми, добрыми быть должны: 
     В этом и - красота! 
  
     Другая кричала: - Пустые мечты! 
     Да кто тебе скажет за это спасибо? 
     Тут, право, от смеха порвут животы 
Читать
Валентин Гафт
Валентин Гафт «Пёс»
Отчего так предан Пёс, 
И в любви своей бескраен? 
Но в глазах – всегда вопрос, 
Любит ли его хозяин. 
Оттого, что кто-то – сек, 
Оттого, что в прошлом – клетка! 
Оттого, что человек 
Предавал его нередко. 
Я по улицам брожу, 
Людям вглядываюсь в лица, 
Я теперь за всем слежу, 
Чтоб, как Пёс, не ошибиться.
Читать
Владимир Высоцкий
Владимир Высоцкий «Я не люблю»
Я не люблю фатального исхода, 
От жизни никогда не устаю. 
Я не люблю любое время года, 
Когда веселых песен не пою. 
  
Я не люблю холодного цинизма, 
В восторженность не верю, и еще – 
Когда чужой мои читает письма, 
Заглядывая мне через плечо. 
  
Я не люблю, когда наполовину 
Или когда прервали разговор. 
Я не люблю, когда стреляют в спину, 
Я также против выстрелов в упор. 
  
Я ненавижу сплетни в виде версий, 
Червей сомненья, почестей иглу, 
Или – когда все время против шерсти, 
Или – когда железом по стеклу. 
  
Читать
Геннадий Шпаликов
Геннадий Шпаликов «По несчастью или к счастью, истина проста...»
По несчастью или к счастью, 
Истина проста: 
Никогда не возвращайся 
В прежние места. 
Даже если пепелище 
Выглядит вполне, 
Не найти того, что ищем, 
Ни тебе, ни мне. 
Путешествие в обратно 
Я бы запретил, 
Я прошу тебя, как брата, 
Душу не мути. 
А не то рвану по следу – 
Кто меня вернёт? – 
И на валенках уеду 
В сорок пятый год. 
В сорок пятом угадаю, 
Там, где – боже мой! – 
Будет мама молодая 
И отец живой.
Читать
Олжас Сулейменов
Олжас Сулейменов «Волчата»
Шёл человек. 
Шёл степью, долго, долго. 
Куда? Зачем? 
Нам это не узнать. 
В густой лощине он увидел волка, 
Верней, волчицу, 
А, точнее, мать... 
Она лежала в зарослях полыни, 
Откинув лапы и оскалив пасть. 
Из горла перехваченного плыла 
Толчками кровь, густая, словно грязь. 
Кем? Кем? Волкoм? Охотничьими псами? 
Слепым волчатам это не узнать. 
Они, толкаясь и ворча, сосали 
Большую неподатливую мать. 
Голодные волчата позабыли, 
Как властно пахнет в зарослях укроп. 
Они, прижавшись к маме, жадно пили 
Густую холодеющую кровь. 
С глотками в них входила жажда мести. 
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Подражая Некрасову, или любовная песнь Иванова»
Кажинный раз на этом самом месте 
я вспоминаю о своей невесте. 
Вхожу в шалман, заказываю двести. 
  
Река бежит у ног моих, зараза. 
Я говорю ей мысленно: бежи. 
В глазу – слеза. Но вижу краем глаза 
Литейный мост и силуэт баржи. 
  
Моя невеста полюбила друга. 
Я как узнал, то чуть их не убил. 
Но Кодекс строг. И в чем моя заслуга, 
что выдержал характер. Правда, пил. 
  
Я пил как рыба. Если б с комбината 
не выгнали, то сгнил бы на корню. 
Когда я вижу будку автомата, 
то я вхожу и иногда звоню. 
  
Подходит друг, и мы базлаем с другом. 
Читать
Павел Васильев
Павел Васильев «Мясники»
Сквозь сосну половиц прорастает трава, 
Подымая зеленое шумное пламя, 
И теленка отрубленная голова, 
На ладонях качаясь, поводит глазами. 
Черствый камень осыпан в базарных 
     рядах, 
Терпкий запах плывет из раскрытых 
     отдушин, 
На изогнутых в клювы тяжелых крюках 
Мясники пеленают багровые туши. 
И, собравшись из выжженных известью ям, 
Мертвоглазые псы, у порога залаяв, 
Подползают, урча, к беспощадным ногам 
Перепачканных в сале и желчи хозяев. 
Так, голодные морды свои положив, 
До заката в пыли обессилят собаки, 
Мясники засмеются и вытрут ножи 
О бараньи сановные пышные баки. 
...Зажигает топор первобытный огонь, 
Полки шарит березою пахнущий веник, 
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Письмо генералу Z.»
«Война, Ваша Светлость, пустая игра. 
Сегодня – удача, а завтра – дыра...» 
  
Песнь об осаде Ла-Рошели 
  
Генерал! Наши карты – дерьмо. Я пас. 
Север вовсе не здесь, но в Полярном 
     Круге. 
И Экватор шире, чем ваш лампас. 
Потому что фронт, генерал, на Юге. 
На таком расстояньи любой приказ 
превращается рацией в буги-вуги. 
  
Генерал! Ералаш перерос в бардак. 
Бездорожье не даст подвести резервы 
и сменить белье: простыня – наждак; 
это, знаете, действует мне на нервы. 
Никогда до сих пор, полагаю, так 
не был загажен алтарь Минервы. 
  
Читать
Наум Коржавин
Наум Коржавин «Памяти Герцена»
Любовь к Добру разбередила сердце им. 
А Герцен спал, не ведая про зло... 
Но декабристы разбудили Герцена. 
Он недоспал. Отсюда всё пошло. 
  
И, ошалев от их поступка дерзкого, 
Он поднял страшный на весь мир трезвон. 
Чем разбудил случайно Чернышевского, 
Не зная сам, что этим сделал он. 
  
А тот со сна, имея нервы слабые, 
Стал к топору Россию призывать, – 
Чем потревожил крепкий сон Желябова, 
А тот Перовской не дал всласть поспать. 
  
И захотелось тут же с кем-то драться 
     им, 
Идти в народ и не страшиться дыб. 
Так началась в России конспирация: 
Большое дело – долгий недосып. 
Читать
Николай Тихонов
Николай Тихонов «Баллада о гвоздях»
Спокойно трубку докурил до конца, 
Спокойно улыбку стер с лица. 
  
«Команда, во фронт! Офицеры, вперед!» 
Сухими шагами командир идет. 
  
И слова равняются в полный рост: 
«С якоря в восемь. Курс – ост. 
  
У кого жена, брат – 
Пишите, мы не придем назад. 
  
Зато будет знатный кегельбан». 
И старший в ответ: «Есть, капитан!» 
  
А самый дерзкий и молодой 
Смотрел на солнце над водой. 
  
«Не все ли равно, – сказал он, – где? 
Еще спокойней лежать в воде». 
Читать
Александр Кушнер
Александр Кушнер «Времена не выбирают...»
Времена не выбирают, 
В них живут и умирают. 
Большей пошлости на свете 
Нет, чем клянчить и пенять. 
Будто можно те на эти, 
Как на рынке, поменять. 
  
Что ни век, то век железный. 
Но дымится сад чудесный, 
Блещет тучка; я в пять лет 
Должен был от скарлатины 
Умереть, живи в невинный 
Век, в котором горя нет. 
  
Ты себя в счастливцы прочишь, 
А при Грозном жить не хочешь? 
Не мечтаешь о чуме 
Флорентийской и проказе? 
Хочешь ехать в первом классе, 
А не в трюме, в полутьме? 
Читать
Валентин Гафт
Валентин Гафт «Хулиганы»
В. Высоцкому 
  
Мамаша, успокойтесь, он не хулиган, 
Он не пристанет к вам на полустанке, 
В войну Малахов помните курган? 
С гранатами такие шли под танки. 
  
Такие строили дороги и мосты, 
Каналы рыли, шахты и траншеи. 
Всегда в грязи, но души их чисты, 
Навеки жилы напряглись на шее. 
  
Что за манера – сразу за наган, 
Что за привычка – сразу на колени. 
Ушел из жизни Маяковский – хулиган, 
Ушел из жизни хулиган Есенин. 
  
Чтоб мы не унижались за гроши, 
Чтоб мы не жили, мать, по-идиотски, 
Ушел из жизни хулиган Шукшин, 
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «От окраины к центру»
Вот я вновь посетил 
эту местность любви, полуостров 
     заводов, 
парадиз мастерских, 
рай речных пароходов, 
и опять прошептал: 
«Вот я снова в младенческих ларах». 
Вот я вновь пробежал 
Малой Охтой вдоль тысячи арок. 
  
И кирпичных оград 
просветлела внезапно угрюмость. 
Добрый вечер и день, 
моя бедная юность! 
Не душа и не плоть – 
чья-то тень над родным патефоном, 
словно платье твоё 
вдруг подброшено вверх саксофоном. 
  
В ярко-красном кашне 
Читать
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Ты даже не знаешь»
Когда на лице твоем холод и скука, 
     Когда ты живешь в раздраженье и 
     споре, 
     Ты даже не знаешь, какая ты мука, 
     И даже не знаешь, какое ты горе. 
  
     Когда ж ты добрее, чем синь в 
     поднебесье, 
     А в сердце и свет, и любовь, и 
     участье, 
     Ты даже не знаешь, какая ты песня, 
     И даже не знаешь, какое ты 
     счастье!
Читать
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Ты большая в любви...»
Ты большая в любви. 
                 Ты смелая. 
Я - робею на каждом шагу. 
Я плохого тебе не сделаю, 
а хорошее вряд ли смогу. 
Все мне кажется, 
              будто бы по лесу 
без тропинки ведешь меня ты. 
Мы в дремучих цветах до пояса. 
Не пойму я - 
            что за цветы. 
Не годятся все прежние навыки. 
Я не знаю, 
        что делать и как. 
Ты устала. 
         Ты просишься на руки. 
Ты уже у меня на руках. 
«Видишь, 
       небо какое синее? 
Слышишь, 
Читать
Владимир Солоухин
Владимир Солоухин «О скворцах»
Скоро кончится белая вьюга, 
Потекут голубые ручьи. 
Все скворечники в сторону юга 
Навострили оконца свои. 
  
В силу древних обычаев здешних 
Мы жилища готовим певцам. 
За морями родные скворечни 
Обязательно снятся скворцам. 
  
Здесь родились, летать научились, 
Значит, родина ихняя здесь. 
- Воротились! Скворцы воротились! 
Раздается мальчишечья весть. 
  
Можно галку убить и сороку, 
Но обычаи наши строги: 
Ни один сорванец босоногий 
На скворца не поднимет руки. 
  
Читать
Вера Полозкова
Вера Полозкова «Давай будет так»
Давай будет так: нас просто разъединят, 
Вот как при междугородних переговорах – 
И я перестану знать, что ты шепчешь над 
Её правым ухом, гладя пушистый ворох 
Волос её; слушать радостных чертенят 
Твоих беспокойных мыслей, и каждый 
     шорох 
Вокруг тебя узнавать: вот ключи звенят, 
Вот пальцы ерошат чёлку, вот ветер в 
     шторах 
Запутался; вот сигнал sms, вот снят 
Блок кнопок; скрипит паркет, но шаги 
     легки, 
Щелчок зажигалки, выдох – и всё, гудки. 
 
И я постою в кабине, пока в виске 
Не стихнет пальба невидимых эскадрилий. 
Счастливая, словно старый полковник 
     Фрилей, 
Который и умер – с трубкой в одной 
Читать
Вера Полозкова
Вера Полозкова «А ведь это твоя последняя жизнь»
А ведь это твоя последняя жизнь, хоть 
     сама-то себе не ври. 
Родилась пошвырять пожитки, друзей 
     обнять перед рейсом. 
Купить себе анестетиков в дьюти-фри. 
Покивать смешливым индусам или 
     корейцам. 
 
А ведь это твоё последнее тело, 
     одноместный крепкий скелет. 
Зал ожидания перед вылетом к горним 
     кущам. 
Погоди, детка, ещё два-три десятка лет 
     – 
Сядешь да посмеёшься со Всемогущим. 
 
Если жалеть о чем-то, то лишь о том, 
Что так тяжело доходишь до вечных 
     истин. 
Моя новая чёлка фильтрует мир решетом, 
Читать
Валентин Гафт
Валентин Гафт «Мосты»
Я строю мысленно мосты, 
Их измерения просты, 
Я строю их из пустоты, 
Чтобы идти туда, где Ты. 
  
Мостами землю перекрыв, 
Я так Тебя и не нашёл, 
Открыл глаза, а там… обрыв, 
Мой путь закончен, я – пришёл.
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Я спокоен, я иду своей дорогой»
Я спокоен, я иду своей дорогой. 
Не пою, что завтра будет веселей. 
Я – суровый, 
           я – суровый, 
                     я суровый. 
Улыбаешься в ответ: 
а я – сирень. 
  
Застываю рядом с мраморной колонной, 
Удивляюсь, почему не убежал. 
Я – холодный, 
          я – холодный, 
                    я – холодный. 
Улыбаешься в ответ: 
а я – пожар. 
  
Я считаю перебранку бесполезной. 
Всё в порядке, пусть любовь повременит. 
Я – железный. 
          Я – железный. 
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «За тобой через года»
За тобой 
      через года 
иду, 
не колеблясь. 
Если ты — 
         провода, 
я — 
   троллейбус. 
Ухвачусь за провода 
руками долгими, 
буду жить 
      всегда–всегда 
твоими токами. 
Слышу я: 
«Откажись! 
Пойми 
    разумом: 
неужели это жизнь — 
быть привязанным?! 
Неужели в этом есть 
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «С видом на море»
И. Н. Медведевой 
  
I 
  
Октябрь. Море поутру 
лежит щекой на волнорезе. 
Стручки акаций на ветру, 
как дождь на кровельном железе, 
чечетку выбивают. Луч 
светила, вставшего из моря, 
скорей пронзителен, чем жгуч; 
его пронзительности вторя, 
на весла севшие гребцы 
глядят на снежные зубцы. 
  
II 
  
Покуда храбрая рука 
Зюйд–Веста, о незримых пальцах, 
расчесывает облака, 
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Две главы из поэмы «До твоего прихода»»
1. Когда уезжал... 
  
Позабылись дожди, 
                  отдыхают ветра... 
Пора... 
  
И вокзал обернётся, – 
                      руки в бока, – 
пока! 
  
На перроне озябшем 
                   нет ни души... 
Пиши... 
  
Мы с тобою одни на планете пустой. 
Постой... 
Я тебя дожидался, 
                  звал, 
                        повторял, 
терял! 
Читать
Дмитрий Быков
Дмитрий Быков «Если бы кто-то меня спросил»
Если бы кто-то меня спросил, 
Как я чую присутствие высших сил – 
Дрожь в хребте, мурашки по шее, 
Слабость рук, подгибание ног, – 
Я бы ответил: если страшнее, 
Чем можно придумать, то это Бог. 
  
Сюжетом не предусмотренный поворот, 
Небесный тунгусский камень в твой 
     огород, 
Лёд и пламень, война и смута, 
Тамерлан и Наполеон, 
Приказ немедленно прыгать без парашюта 
С горящего самолёта, – всё это Он. 
  
А если среди зимы запахло весной, 
Если есть парашют, а к нему ещё 
     запасной, 
В огне просматривается дорога, 
Во тьме прорезывается просвет, – 
Читать
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Людей неинтересных в мире нет...»
Людей неинтересных в мире нет. 
Их судьбы — как истории планет. 
У каждой все особое, свое, 
и нет планет, похожих на нее. 
  
А если кто-то незаметно жил 
и с этой незаметностью дружил, 
он интересен был среди людей 
самой неинтересностью своей. 
  
У каждого — свой тайный личный мир. 
Есть в мире этом самый лучший миг. 
Есть в мире этом самый страшный час, 
но это все неведомо для нас. 
  
И если умирает человек, 
с ним умирает первый его снег, 
и первый поцелуй, и первый бой... 
Все это забирает он с собой. 
  
Читать
Геннадий Шпаликов
Геннадий Шпаликов «Солнце бьёт из всех расщелин»
Никогда не думал, что такая 
          Может быть тоска на белом 
     свете. 
          К. Симонов 
      
Солнце бьёт из всех расщелин, 
Прерывая грустный рассказ 
О том, что в середине недели 
Вдруг приходит тоска. 
  
Распускаешь невольно нюни, 
Настроение нечем крыть, 
Очень понятны строчки Бунина, 
Что в этом случае нужно пить. 
  
Но насчёт водки, поймите, 
Я совершеннейший нелюбитель. 
  
Ещё, как на горе, весенние месяцы, 
В крови обязательное брожение. 
Читать
Николай Олейников
Николай Олейников «Таракан»
Достоевский 
  
Таракан сидит в стакане, 
Ножку рыжую сосет. 
Он попался. Он в капкане. 
И теперь он казни ждет. 
  
Он печальными глазами 
На диван бросает взгляд, 
Где с ножами, с топорами 
Вивисекторы сидят. 
  
У стола лекпом хлопочет, 
Инструменты протирая, 
И под нос себе бормочет 
Песню «Тройка удалая». 
  
Трудно думать обезьяне, 
Мыслей нет – она поет. 
Таракан сидит в стакане, 
Читать
Валентин Берестов
Валентин Берестов «Любили тебя без особых причин...»
Любили тебя без особых причин  
За то, что ты - внук,  
За то, что ты - сын,  
За то, что малыш,  
За то, что растёшь,  
За то, что на папу и маму похож.  
И эта любовь до конца твоих дней  
Останется тайной опорой твоей. 
  
          1981
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Реквием (Вечная слава героям...)»
Памяти наших отцов и старших 
               братьев, памяти вечно 
     молодых 
               солдат и офицеров 
     Советской 
               Армии, павших на фронтах 
               Великой Отечественной 
     войны. 
  
       1 
  
Вечная 
     слава 
          героям! 
Вечная слава! 
Вечная слава! 
Вечная 
     слава 
          героям! 
Слава героям! 
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Откуда к нам пришла зима...»
Откуда к нам пришла зима, 
не знаешь ты, никто не знает. 
  
Умолкло все. Она сама 
холодных губ не разжимает. 
Она молчит. Внезапно, вдруг 
упорства ты ее не сломишь. 
Вот оттого-то каждый звук 
зимою ты так жадно ловишь. 
  
Шуршанье ветра о стволы, 
шуршанье крыш под облаками, 
потом, как сгнившие полы, 
скрипящий снег под башмаками, 
а после скрип и стук лопат, 
и тусклый дым, и гул рассвета... 
Но даже тихий снегопад, 
откуда он, не даст ответа. 
  
И ты, входя в свой теплый дом, 
Читать
Корней Чуковский
Корней Чуковский «Телефон»
У меня зазвонил телефон. 
– Кто говорит? 
– Слон. 
– Откуда? 
– От верблюда. 
– Что вам надо? 
– Шоколада. 
– Для кого? 
– Для сына моего. 
– А много ли прислать? 
– Да пудов этак пять 
Или шесть: 
Больше ему не съесть, 
Он у меня еще маленький! 
  
А потом позвонил 
Крокодил 
И со слезами просил: 
– Мой милый, хороший, 
Пришли мне калоши, 
Читать
Саша Чёрный
Саша Чёрный «Жалобы обывателя»
Моя жена – наседка, 
Мой сын – увы, эсер, 
Моя сестра – кадетка, 
Мой дворник – старовер. 
  
Кухарка – монархистка, 
Аристократ – свояк, 
Мамаша – анархистка, 
А я – я просто так... 
  
Дочурка – гимназистка 
(Всего ей десять лет) 
И та социалистка – 
Таков уж нынче свет! 
  
От самого рассвета 
Сойдутся и визжат – 
Но мне комедья эта, 
Поверьте, сущий ад. 
  
Читать
Корней Чуковский
Корней Чуковский «Барабек»
Робин Бобин Барабек 
Скушал сорок человек, 
И корову, и быка, 
И кривого мясника, 
И телегу, и дугу, 
И метлу, и кочергу, 
Скушал церковь, скушал дом, 
И кузницу с кузнецом, 
А потом и говорит: 
«У меня живот болит!»
Читать
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Сатана»
Ей было двенадцать, тринадцать - ему.  
Им бы дружить всегда.  
Но люди понять не могли: почему  
Такая у них вражда?!  
  
Он звал ее Бомбою и весной  
Обстреливал снегом талым.  
Она в ответ его Сатаной,  
Скелетом и Зубоскалом.  
  
Когда он стекло мячом разбивал,  
Она его уличала.  
А он ей на косы жуков сажал,  
Совал ей лягушек и хохотал,  
Когда она верещала.  
  
Ей было пятнадцать, шестнадцать - ему,  
Но он не менялся никак.  
И все уже знали давно, почему  
Он ей не сосед, а враг.  
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Горение»
М. Б. 
  
Зимний вечер. Дрова 
охваченные огнем – 
как женская голова 
ветреным ясным днем. 
  
Как золотиться прядь, 
слепотою грозя! 
С лица ее не убрать. 
И к лучшему, что нельзя. 
  
Не провести пробор, 
гребнем не разделить: 
может открыться взор, 
способный испепелить. 
  
Я всматриваюсь в огонь. 
На языке огня 
раздается «не тронь» 
Читать
Расул Гамзатов
Расул Гамзатов «Три сонета»
1 
  
В Японии читал стихи свои 
На языке родном – в огромном зале. 
– О чем стихи?– спросили.– О любви. 
– Еще раз прочитайте, – мне сказали. 
  
Читал стихи аварские свои 
В Америке.– О чем они?– спросили. 
И я ответил честно:– О любви. 
– Еще раз прочитайте, – попросили. 
  
Знать, на любом понятны языке 
Стихи о нашем счастье и тоске, 
И о твоей улыбке на рассвете. 
  
И мне открылась истина одна: 
Влюбленными земля населена, 
А нам казалось, мы одни на свете. 
  
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Помните!»
Помните! 
Через века, 
            через года, –  
помните! 
О тех, 
кто уже не придёт 
                  никогда, – 
помните! 
Не плачьте! 
В горле 
        сдержите стоны, 
горькие стоны. 
Памяти 
       павших 
              будьте 
                     достойны! 
Вечно 
достойны! 
Хлебом и песней, 
мечтой и стихами, 
Читать
Даниил Хармс
Даниил Хармс «Очень-очень вкусный пирог»
Я захотел устроить бал, 
И я гостей к себе... 
  
Купил муку, купил творог, 
Испек рассыпчатый... 
  
Пирог, ножи и вилки тут – 
Но что–то гости... 
  
Я ждал, пока хватило сил, 
Потом кусочек... 
  
Потом подвинул стул и сел 
И весь пирог в минуту... 
  
Когда же гости подошли, 
То даже крошек...
Читать
Николай Некрасов
Николай Некрасов «О Волга! после многих лет...»
О Волга! после многих лет 
Я вновь принес тебе привет. 
Уж я не тот, но ты светла 
И величава, как была. 
Кругом всё та же даль и ширь, 
Всё тот же виден монастырь 
На острову, среди песков, 
И даже трепет прежних дней 
Я ощутил в душе моей, 
Заслыша звон колоколов. 
Всё то же, то же... только нет 
Убитых сил, прожитых лет... 
  
Уж скоро полдень. Жар такой, 
Что на песке горят следы, 
Рыбалки дремлют над водой, 
Усевшись в плотные ряды; 
Куют кузнечики, с лугов 
Несется крик перепелов. 
Не нарушая тишины 
Читать
Григорий Поженян
Григорий Поженян «Я такое дерево…»
Ты хочешь, чтобы я был, как ель, 
     зелёный, 
Всегда зелёный – и зимой, и осенью. 
Ты хочешь, чтобы я был гибкий как ива, 
Чтобы я мог, не разгибаясь, гнуться. 
Но я другое дерево. 
 
Если рубанком содрать со ствола кожу, 
Распилить его, высушить, а потом 
     покрасить, 
То может подняться мачта океанского 
     корабля, 
Могут родиться красная скрипка, копьё, 
     рыжая или белая палуба. 
А я не хочу чтобы с меня сдирали кожу. 
Я не хочу чтобы меня красили, сушили, 
     белили. 
Нет, я этого не хочу. 
Не потому что я лучше других деревьев. 
Нет, я этого не говорю. 
Читать
Андрей Макаревич
Андрей Макаревич «Знаю и верю»
Нас мотает от края до края, 
По краям расположены двери, 
На последней написано: «Знаю», 
А на первой написано: «Верю». 
  
И, одной головой обладая, 
Никогда не войдёшь в обе двери: 
Если веришь – то веришь, не зная, 
Если знаешь – то знаешь, не веря. 
  
И своё формируя сознанье, 
С каждым днём, от момента рожденья, 
Мы бредём по дороге познанья, 
А с познаньем приходит сомненье. 
  
И загадка останется вечной, 
Не помогут учёные лбы: 
Если знаем – безумно слабы, 
Если верим – сильны бесконечно!
Читать
Рахман Кусимов
Рахман Кусимов «зимнее письмо наташе – 2»
Если холодно, мрак, зимний вечер, и ни 
     чай не спасёт, ни шабли, 
если Невский в снегу и Кузнечный – 
     значит, здравствуй, моя Натали. 
Подобрав подходящее слово для 
     приветствия (солнце – ? малыш – 
     ?), 
я письмо напишу тебе снова; ты в ответ, 
     как всегда, промолчишь. 
Что молчание? Как ни гордись им, на 
     тебя – и обидеться грех. 
Но из всех, кто не пишет мне писем, ты 
     не пишешь всегда лучше всех. 
Жизнь идёт в направлении «мимо», и, 
     попасть не стараясь в мишень, 
измеряю количеством дыма то, насколько 
     паршиво в душе. 
И – на юность не рано ль молиться? – 
     но, хотя ещё молод (скажи!), 
в шуме радиоволн из столицы я всё чаще 
Читать
Валентин Гафт
Валентин Гафт «Нож»
В нём лаконично всё и кратко, 
Вот – лезвие, вот рукоятка. 
Убей им или что очисти, 
Он – ничего без нашей кисти. 
  
Но если вдруг над ним нависли, 
Как колдовство, дурные мысли 
И чует остриё металла, 
Когда внутри клокочет жало, 
  
Тогда одно телодвиженье – 
И кровь смывает напряженье, 
Волною набегает дрожь, 
В моей руке слабеет нож.
Читать
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Разные натуры»
Да, легко живет, наверно, тот, 
     Кто всерьез не любит никого. 
     Тот, кто никому не отдает 
     Ни души, ни сердца своего. 
  
     У него - ни дружбы, ни любви, 
     Ибо втайне безразличны все. 
     Мчит он, как по гладкому шоссе, 
     С равнодушным холодком в крови. 
  
     И, ничьей бедой не зажжено, 
     Сердце ровно и спокойно бьется, 
     А вот мне так в мире не живется, 
     Мне, видать, такого не дано. 
  
     Вот расстанусь с другом и тоскую, 
     Сам пишу и жду, чтоб вспомнил он. 
     Встречу подлость - бурно 
     протестую, 
     Ну, буквально лезу на рожон! 
Читать
Белла Ахмадулина
Белла Ахмадулина «По улице моей который год звучат шаги»
По улице моей который год 
звучат шаги – мои друзья уходят. 
Друзей моих медлительный уход 
той темноте за окнами угоден. 
 
Запущены моих друзей дела, 
нет в их домах ни музыки, ни пенья, 
и лишь, как прежде, девочки Дега 
голубенькие оправляют перья. 
 
Ну что ж, ну что ж, да не разбудит 
     страх 
вас, беззащитных, среди этой ночи. 
К предательству таинственная страсть, 
друзья мои, туманит ваши очи. 
 
О одиночество, как твой характер крут! 
Посверкивая циркулем железным, 
как холодно ты замыкаешь круг, 
не внемля увереньям бесполезным. 
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Позапрошлая песня»
Старенькие ходики. 
Молодые ноченьки… 
Полстраны – угодники. 
Полстраны – доносчики. 
  
На полях проталинки, 
дышит воля вольная… 
Полстраны – этапники. 
Полстраны – конвойные. 
  
Лаковые туфельки. 
Бабушкины пряники… 
Полстраны – преступники. 
Полстраны – охранники. 
  
Лейтенант в окно глядит. 
Пьёт – не остановится… 
Полстраны уже сидит. 
Полстраны готовится.
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «В темноте у окна»
В темноте у окна, 
на краю темноты 
полоса полотна 
задевает цветы. 
И, как моль, из угла 
устремляется к ней 
взгляд, острей, чем игла, 
хлорофилла сильней. 
  
Оба вздрогнут – но пусть: 
став движеньем одним, 
не угроза, а грусть 
устремляется к ним, 
и от пут забытья 
шорох век возвратит: 
далеко до шитья 
и до роста в кредит. 
  
Страсть – всегда впереди, 
где пространство мельчит. 
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «То не Муза воды набирает в рот...»
То не Муза воды набирает в рот. 
То, должно, крепкий сон молодца берет. 
И махнувшая вслед голубым платком 
наезжает на грудь паровым катком. 
  
И не встать ни раком, ни так словам, 
как назад в осиновый строй дровам. 
И глазами по наволочке лицо 
растекается, как по сковороде яйцо. 
  
Горячей ли тебе под сукном шести 
одеял в том садке, где – Господь прости 
     – 
точно рыба – воздух, сырой губой 
я хватал то, что было тогда тобой? 
  
Я бы заячьи уши пришил к лицу, 
наглотался б в лесах за тебя свинцу, 
но и в черном пруду из дурных коряг 
я бы всплыл пред тобой, как не смог 
Читать
Валентин Гафт
Валентин Гафт «Я и ты, нас только двое?»
Я и ты, нас только двое? 
О, какой самообман. 
С нами стены, бра, обои, 
Ночь, шампанское, диван. 
  
С нами тишина в квартире 
И за окнами капель, 
С нами всё, что в этом мире 
Опустилось на постель. 
Мы – лишь точки мирозданья, 
Чья-то тонкая резьба, 
Наш расцвет и угасанье 
Называется – судьба. 
  
Мы в лицо друг другу дышим, 
Бьют часы в полночный час, 
А над нами кто-то свыше 
Всё давно решил за нас.
Читать
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Не возгордись»
Смири гордыню - то есть гордым будь.  
Штандарт - он и в чехле не полиняет.  
Не плачься, что тебя не понимают, - 
поймёт когда-нибудь хоть кто-нибудь. 
  
Не самоутверждайся. Пропадёт,  
подточенный тщеславием, твой гений,  
и жажда мелких самоутверждений  
лишь к саморазрушенью приведёт. 
  
У славы и опалы есть одна  
опасность - самолюбие щекочут.  
Ты ордена не восприми как почесть,  
не восприми плевки как ордена. 
  
Не ожидай подачек добрых дядь  
и, вытравляя жадность, как заразу,  
не рвись урвать. Кто хочет всё и сразу, 
      
тот беден тем, что не умеет ждать.  
Читать
Андрей Макаревич
Андрей Макаревич «Среди всего, что в нас переплелось...»
Среди всего, что в нас переплелось, 
Порой самодовольство нами правит. 
«Казаться или быть?» – вот в чём 
     вопрос, 
Который время человеку ставит. 
Считаться кем-то или кем-то быть? 
Быть смелым или делать вид, что смелый? 
Ты жертвовал, творил, умел любить 
Или об этом лишь вещал умело, 
Робея самому себе признаться, 
К чему стремишься: быть или казаться?.. 
Что стоит жизнь в довольстве иль покое, 
Когда её пытаются лепить, 
Фальшивя переделанной строкою... 
Легко казаться. Очень трудно быть...
Читать
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Я люблю тебя больше природы...»
Я люблю тебя больше природы, 
Ибо ты как природа сама, 
Я люблю тебя больше свободы, 
Без тебя и свобода тюрьма! 
  
Я люблю тебя неосторожно, 
Словно пропасть, а не колею! 
Я люблю тебя больше, чем можно! 
Больше, чем невозможно люблю! 
  
Я люблю безрассудно, бессрочно. 
Даже пьянствуя, даже грубя. 
И уж больше себя - это точно. 
Даже больше чем просто себя. 
  
Я люблю тебя больше Шекспира, 
Больше всей на земле красоты! 
Даже больше всей музыки мира, 
Ибо книга и музыка - ты. 
  
Читать
Евгений Баратынский
Евгений Баратынский «Признание»
Притворной нежности не требуй от меня: 
Я сердца моего не скрою хлад печальный. 
Ты права, в нем уж нет прекрасного огня 
 Моей любви первоначальной. 
Напрасно я себе на память приводил 
И милый образ твой и прежние мечтанья: 
 Безжизненны мои воспоминанья, 
Я клятвы дал, но дал их выше сил. 
 Я не пленен красавицей другою, 
Мечты ревнивые от сердца удали; 
Но годы долгие в разлуке протекли, 
Но в бурях жизненных развлекся я душою. 
Уж ты жила неверной тенью в ней; 
Уже к тебе взывал я редко, принужденно, 
 И пламень мой, слабея постепенно, 
 Собою сам погас в душе моей. 
Верь, жалок я один. Душа любви желает, 
 Но я любить не буду вновь; 
Вновь не забудусь я: вполне упоевает 
 Нас только первая любовь. 
Читать
Константин Симонов
Константин Симонов «Пять страниц»
В ленинградской гостинице, 
в той, где сегодня пишу я, 
Между шкафом стенным 
и гостиничным тусклым трюмо 
Я случайно заметил 
лежавшую там небольшую 
Пачку смятых листов -  
позабытое кем-то письмо. 
Без конверта и адреса. 
Видно, письмо это было 
Из числа неотправленных, 
тех, что кончать ни к чему. 
Я читать его стал. 
Било десять. Одиннадцать било. 
Я не просто прочел -  
я, как путник, прошел то письмо. 
Начиналось, как водится, 
с года, числа, обращенья; 
Видно, тот, кто писал, 
машинально начало тянул, 
Читать
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Со мною вот что происходит»
Б. Ахмадулиной 
  
Со мною вот что происходит: 
ко мне мой старый друг не ходит, 
а ходят в мелкой суете 
разнообразные не те. 
И он 
не с теми ходит где-то 
и тоже понимает это, 
и наш раздор необъясним, 
и оба мучимся мы с ним. 
Со мною вот что происходит: 
совсем не та ко мне приходит, 
мне руки на плечи кладёт 
и у другой меня крадёт. 
А той – 
         скажите, бога ради, 
кому на плечи руки класть? 
Та, 
у которой я украден, 
Читать
Николай Некрасов
Николай Некрасов «В полном разгаре страда деревенская...»
В полном разгаре страда деревенская... 
Доля ты!– русская долюшка женская! 
   Вряд ли труднее сыскать. 
  
Не мудрено, что ты вянешь до времени, 
Всевыносящего русского племени 
   Многострадальная мать! 
  
Зной нестерпимый: равнина безлесная, 
Нивы, покосы да ширь поднебесная – 
   Солнце нещадно палит. 
  
Бедная баба из сил выбивается, 
Столб насекомых над ней колыхается, 
   Жалит, щекочет, жужжит! 
  
Приподнимая косулю тяжелую, 
Баба порезала ноженьку голую – 
   Некогда кровь унимать! 
  
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Мы совпали с тобой»
Алёне 
  
Мы совпали с тобой, 
          совпали 
в день, запомнившийся навсегда. 
Как слова совпадают с губами. 
С пересохшим горлом – 
вода. 
  
Мы совпали, как птицы с небом. 
Как земля 
      с долгожданным снегом, 
совпадает в начале зимы, 
так с тобою 
                   совпали мы. 
  
Мы совпали, 
        ещё не зная 
ничего 
о зле и добре. 
Читать
Владимир Высоцкий
Владимир Высоцкий «Маски»
Смеюсь навзрыд – как у кривых зеркал, – 
Меня, должно быть, ловко разыграли: 
Крючки носов и до ушей оскал – 
Как на венецианском карнавале! 
  
Вокруг меня смыкается кольцо – 
Меня хватают, вовлекают в пляску, – 
Так–так, мое нормальное лицо 
Все, вероятно, приняли за маску. 
  
Петарды, конфетти... Но все не так, – 
И маски на меня глядят с укором, – 
Они кричат, что я опять – не в такт, 
Что наступаю на ногу партнерам. 
  
Что делать мне – бежать, да поскорей? 
А может, вместе с ними веселиться?.. 
Надеюсь я – под масками зверей 
У многих человеческие лица. 
  
Читать
Вадим Шефнер
Вадим Шефнер «Не привыкайте к чудесам»
Не привыкайте к чудесам, – 
Дивитесь им, дивитесь! 
Не привыкайте к небесам, 
Глазами к ним тянитесь! 
  
Приглядывайтесь к облакам, 
Прислушивайтесь к птицам, 
Прикладывайтесь к родникам, – 
Ничто не повторится. 
  
За мигом миг, за шагом шаг 
Впадайте в изумленье. 
Всё будет так – и всё не так 
Через одно мгновенье.
Читать
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Прямой разговор»
Боль свою вы делите с друзьями, 
Вас сейчас утешить норовят, 
А его последними словами, 
Только вы нахмуритесь, бранят. 
  
Да и человек ли, в самом деле, 
Тот, кто вас, придя, околдовал, 
Стал вам близким через две недели, 
Месяц с вами прожил и удрал? 
  
Вы общались, дорогая, с дрянью. 
Что ж нам толковать о нем сейчас?! 
Дрянь не стоит долгого вниманья, 
Тут важнее говорить о вас. 
  
Вы его любили? Неужели? 
Но полшага - разве это путь?! 
Сколько вы пудов с ним соли съели? 
Как успели в душу заглянуть?! 
  
Читать
Борис Смоленский
Борис Смоленский «Ремесло»
Есть ремесло - не засыпать ночами 
И в конуре, прокуренной дотла, 
Метаться зверем, пожимать плечами 
И горбиться скалою у стола. 
Потом сорваться. В ночь. В мороз. 
Чтоб ветер 
Стянул лицо. Чтоб, прошибая лбом 
Упорство улиц, здесь, сейчас же 
     встретить 
Единственную, нужную любовь. 
А днем смеяться. И, не беспокоясь, 
Все отшвырнув, как тягостный мешок, 
Легко вскочить на отходящий поезд 
И радоваться шумно и смешно. 
Прильнуть ногами к звездному оконцу, 
И быть несчастным от дурацких снов, 
И быть счастливым просто так - от 
     солнца 
На снежных елях. 
Это - ремесло. 
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Такая жизненная полоса»
Е. Евтушенко 
  
Такая жизненная полоса, 
а может быть, 
предначертанье свыше: 
других 
я различаю голоса, 
а собственного голоса 
не слышу. 
И все же он, как близкая 
родня, 
единственный, 
кто согревает в стужу. 
До смерти будет он 
внутри меня. 
Да и потом 
не вырвется наружу. 
  
          [1994]
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «В этой маленькой комнате все по-старому...»
В этой маленькой комнате все 
     по-старому: 
аквариум с рыбкою – все убранство. 
И рыбка плавает, глядя в сторону, 
чтоб увеличить себе пространство. 
  
С тех пор, как ты навсегда уехала, 
похолодало, и чай не сладок. 
Сделавшись мраморным, место около 
в сумерках сходит с ума от складок. 
  
Колесо и каблук оставляют в покое 
     улицу, 
горделивый платан не меняет позы. 
Две половинки карманной луковицы 
после восьми могут вызвать слезы. 
  
Часто чудится Греция: некая роща, некая 
охотница в тунике. Впрочем, чаще 
нагая преследует четвероногое 
Читать
Римма Казакова
Римма Казакова «Мы молоды. У нас чулки со штопками»
Мы молоды. У нас чулки со штопками. 
Нам трудно. Это молодость виной. 
Но плещет за дешевенькими шторками 
бесплатный воздух, пахнущий весной. 
  
У нас уже – не куклы и не мячики, 
а, как когда–то грезилось давно, 
нас в темных парках угощают мальчики 
качелями, и квасом, и кино. 
  
Прощаются нам ситцевые платьица 
и стоптанные наши каблучки. 
Мы молоды. Никто из нас не плачется. 
Хохочем, белозубы и бойки! 
  
Как пахнут ночи! Мокрым камнем, 
     пристанью, 
пыльцой цветочной, мятою, песком... 
Мы молоды. Мы смотрим строго, 
     пристально. 
Читать
Ника Турбина
Ника Турбина «Я – полынь-трава»
Я – полынь-трава, 
Горечь на губах, 
Горечь на словах, 
Я – полынь-трава. 
  
И над степью стон 
Ветром оглушён. 
Тонок стебелек – 
Переломлен он. 
  
Болью рождена, 
Горькая слеза 
В землю упадёт… 
Я полынь-трава. 
  
          1982
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Приходить к тебе»
A. K. 
  
Приходить к тебе, 
             чтоб снова 
просто 
вслушиваться в 
голос; 
и сидеть на стуле, 
сгорбясь, 
и не говорить ни 
слова. 
Приходить, 
       стучаться в двери, 
замирая, ждать 
ответа... 
Если ты узнаешь 
это, 
то, наверно, не 
поверишь, 
то, конечно, 
Читать
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Все будет также после нас, а нас не будет...»
Все будет также после нас, а нас не 
     будет, 
Когда нам мир сполна воздаст - у мира 
     не убудет. 
По небу скатится звезда слезой горючей 
И не останется следа - обычный случай. 
Я вроде смерти не боюсь, хотя нелепо 
Порвать загадочный союз земли и неба. 
Хотя бы ниточкой одной, едва заметной 
Став одинокой тишиной на рощей летней, 
Негромкой песней у огня, слезою 
     поздней... 
Но так же было до меня и будет после. 
И все ж расстаться нелегко со всем, что 
     было 
И то, что радостью влекло и что 
     постыло. 
Но кто-то выйдет в первый раз вновь на 
     дорогу, 
И сбросит листья старый вяз у наших 
Читать
Константин Симонов
Константин Симонов «Транссибирский экспресс»
У этого поезда плакать не принято. 
     Штраф. 
Я им говорил, чтоб они догадались 
     повесить. 
Нет, не десять рублей. Я иначе хотел, я 
     был прав, - 
Чтобы плачущих жен удаляли с платформы 
     за десять... 
Понимаете вы, десять самых последних 
     минут, 
Те, в которые что ни скажи - 
     недослышат, 
Те, в которые жены перчатки отчаянно 
     мнут, 
Бестолковые буквы по стеклам навыворот 
     пишут. 
Эти десять минут взять у них, 
     пригрозить, что возьмут, -  
Они насухо вытрут глаза еще дома, в 
     передней. 
Читать
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Спасибо за то, что ты есть...»
Спасибо за то, что ты есть. 
За то, что твой голос весенний 
Приходит, как добрая весть 
В минуты обид и сомнений. 
  
Спасибо за искренний взгляд: 
О чем бы тебя ни спросил я — 
Во мне твои боли болят, 
Во мне твои копятся силы. 
  
Спасибо за то, что ты есть. 
Сквозь все расстоянья и сроки 
Какие-то скрытые токи 
Вдруг снова напомнят — ты здесь. 
  
Ты здесь, на земле. И повсюду 
Я слышу твой голос и смех. 
Вхожу в нашу дружбу, как в чудо. 
И радуюсь чуду при всех. 
  
Читать
Степан Щипачёв
Степан Щипачёв «Любовью дорожить умейте»
Любовью дорожить умейте, 
С годами дорожить вдвойне. 
Любовь не вздохи на скамейке 
И не прогулки при луне. 
Всё будет: слякоть и пороша. 
Ведь вместе надо жизнь прожить. 
Любовь с хорошей песней схожа, 
А песню нелегко сложить.
Читать
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Давай помолчим»
Давай помолчим. 
Мы так долго не виделись. 
Какие прекрасные сумерки выдались! 
И все позабылось, 
Что помнить не хочется: 
Обиды твои. 
И мое одиночество. 
  
Давай помолчим. 
Мы так долго не виделись. 
  
Душа моя — 
Как холостяцкая комната. 
Ни взглядов твоих в ней, 
Ни детского гомона. 
Завалена книгами 
Площадь жилищная, 
Как сердце — словами... 
Теперь уже лишними. 
Ах, эти слова, 
Читать
Алексей Плещеев
Алексей Плещеев «Мой садик»
Как мой садик свеж и зелен! 
Распустилась в нем сирень; 
От черемухи душистой 
И от лип кудрявых - тень... 
  
Правда, нет в нем бледных лилий, 
Горделивых георгин, 
И лишь пестрые головки 
Возвышает мак один. 
  
Да подсолнечник у входа, 
Словно верный часовой, 
Сторожит себе дорожку, 
Всю поросшую травой... 
  
Но люблю я садик скромный: 
Он душе моей милей 
Городских садов унылых 
С сетью правильных аллей. 
  
Читать
Наум Коржавин
Наум Коржавин «Мне без тебя так трудно жить»
Мне без тебя так трудно жить, 
А ты – ты дразнишь и тревожишь. 
Ты мне не можешь заменить 
Весь мир... 
         А кажется, что можешь. 
Есть в мире у меня своё: 
Дела, успехи и напасти. 
Мне лишь тебя недостаёт 
Для полного людского счастья. 
Мне без тебя так трудно жить: 
Всё – неуютно, всё – тревожит... 
Ты мир не можешь заменить. 
Но ведь и он тебя – не может. 
  
          1952
Читать
Павел Васильев
Павел Васильев «И имя твое, словно старая песня...»
И имя твое, словно старая песня. 
Приходит ко мне. Кто его запретит? 
Кто его перескажет? Мне скучно и тесно 
В этом мире уютном, где тщетно горит 
В керосиновых лампах огонь Прометея - 
Опаленными перьями фитилей... 
Подойди же ко мне. Наклонись. Пожалей! 
У меня ли на сердце пустая затея, 
У меня ли на сердце полынь да песок, 
Да охрипшие ветры! 
Послушай, подруга, 
Полюби хоть на вьюгу, на этот часок, 
Я к тебе приближаюсь. Ты, может быть, с 
     юга. 
Выпускай же на волю своих лебедей, - 
Красно солнышко падает в синее море 
И - 
за пазухой прячется ножик-злодей, 
И - 
голодной собакой шатается горе... 
Читать
Ион Деген
Ион Деген «Мой товарищ, в смертельной агонии»
Мой товарищ, в смертельной агонии 
Не зови понапрасну друзей. 
Дай-ка лучше согрею ладони я 
Над дымящейся кровью твоей. 
Ты не плачь, не стони, ты не маленький, 
Ты не ранен, ты просто убит. 
Дай на память сниму с тебя валенки. 
Нам ещё наступать предстоит. 
  
          Декабрь 1944
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Баллада о таланте, боге и чёрте»
Все говорят: 
«Его талант – от бога!» 
А ежели – от чёрта? 
Что тогда?.. 
  
Выстраиваясь медленно в эпоху, 
ни шатко и ни валко 
шли года. 
И жил талант. 
Больной. 
Нелепый. 
Хмурый. 
Всего Гомера знавший назубок, 
Его считал 
своею креатурой 
тогда ещё существовавший 
бог. 
Бог находил, что слог его прекрасен, 
что на земле таких – 
наперечёт!.. 
Читать
Корней Чуковский
Корней Чуковский «Дали Мурочке тетрадь»
Дали Мурочке тетрадь, 
Стала Мура рисовать. 
  
«Это – козочка рогатая». 
«Это – ёлочка мохнатая». 
«Это – дядя с бородой». 
«Это – дом с трубой». 
  
«Ну, а это что такое, 
Непонятное, чудное, 
С десятью рогами, 
С десятью ногами?» 
  
«Это Бяка-Закаляка 
                           Кусачая, 
Я сама из головы её выдумала». 
  
«Что ж ты бросила тетрадь, 
Перестала рисовать?» 
  
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Чудо»
Так полыхнуло - 
    сплеча, 
        сполна - 
над ледяным прудом! .. 
(Два человека - 
    он и она - 
были виновны в том...) 
В доме напротив полночный лифт 
взвился до чердака. 
Свет был таким, 
    что мельчайший шрифт 
читался наверняка... 
Так полыхнуло, так занялось - 
весной ли, огнем - 
не понять. 
И о потомстве подумал лось, 
а заяц решил 
линять. 
Землю пробили усики трав 
и посверлили лучи. 
Читать
Зинаида Гиппиус
Зинаида Гиппиус «Закат»
Освещена последняя сосна. 
Под нею темный кряж пушится. 
Сейчас погаснет и она. 
День конченый – не повторится. 
  
День кончился. Что было в нем? 
Не знаю, пролетел, как птица. 
Он был обыкновенным днем, 
А все–таки – не повторится. 
  
          Июль–Август 1928, Thorrenc, 
     Chateau des 4 Jours
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Стихи о слепых музыкантах»
Слепые блуждают 
ночью. 
Ночью намного проще 
перейти через площадь. 
  
Слепые живут 
наощупь, 
трогая мир руками, 
не зная света и тени 
и ощущая камни: 
из камня делают 
стены. 
За ними живут мужчины. 
Женщины. 
Дети. 
Деньги. 
Поэтому 
несокрушимые 
лучше обойти 
стены. 
Читать
Семён Гудзенко
Семён Гудзенко «Перед атакой»
Когда на смерть идут — поют, 
а перед этим 
        можно плакать. 
Ведь самый страшный час в бою — 
час ожидания атаки. 
Снег минами изрыт вокруг 
и почернел от пыли минной. 
Разрыв — 
       и умирает друг. 
И значит — смерть проходит мимо. 
Сейчас настанет мой черед, 
За мной одним 
         идет охота. 
Будь проклят 
          сорок первый год — 
ты, вмерзшая в снега пехота. 
Мне кажется, что я магнит, 
что я притягиваю мины. 
Разрыв — 
        и лейтенант хрипит. 
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Над головой созвездия мигают»
Над головой 
            созвездия мигают. 
И руки сами тянутся 
                    к огню... 
  
Как страшно мне, 
                что люди привыкают, 
открыв глаза, 
не удивляться дню. 
Существовать. 
Не убегать за сказкой. 
И уходить, 
          как в монастырь, 
                          в стихи. 
Ловить Жар–птицу 
для жаркого 
           с кашей. 
А Золотую рыбку – 
                  для ухи. 
  
Читать
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Одиночество»
Как стыдно одному ходить в кинотеатры 
без друга, без подруги, без жены, 
где так сеансы все коротковаты 
и так их ожидания длинны! 
Как стыдно - 
     в нервной замкнутой войне 
с насмешливостью парочек в фойе 
жевать, краснея, в уголке пирожное, 
как будто что-то в этом есть 
     порочное... 
Мы, 
 одиночества стесняясь, 
                    от тоски 
бросаемся в какие-то компании, 
и дружб никчемных обязательства 
     кабальные 
преследуют до гробовой доски. 
Компании нелепо образуются - 
в одних все пьют да пьют, 
                не образумятся. 
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Эхо любви»
Покроется небо 
пылинками звёзд, 
и выгнутся ветки упруго. 
Тебя я услышу за тысячу верст. 
Мы – эхо, 
мы – эхо, 
мы – долгое эхо друг друга. 
  
И мне до тебя, 
где бы ты не была, 
дотронуться сердцем не трудно. 
Опять нас любовь за собой позвала. 
Мы – нежность, 
мы – нежность. 
мы – вечная нежность друг друга. 
  
И даже в краю 
наползающей тьмы, 
за гранью смертельного круга, 
я знаю, с тобой не расстанемся мы. 
Читать
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Я лишь теперь, на склоне лет»
Марине 
  
Я лишь теперь, на склоне лет, 
Истосковался о минувшем. 
Но к прошлому возврата нет, 
Как нет покоя нашим душам. 
  
Да и какой сейчас покой, 
Когда в нас каждый миг тревожен. 
Несправедливостью людской 
Он в нас безжалостно низложен. 
  
Прости, что столько долгих лет 
Мы жили на широтах разных. 
Но ты была во мне, как свет, 
Не дав душе моей угаснуть. 
  
И как бы ни были круты 
Мои дороги, чья-то ярость, – 
Я помнил – есть на свете ты. 
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Когда любил...»
Люб- 
(Воздуха! 
             Воздуха! 
                         Самую малость 
     бы! 
                                        
                Самую-самую...) 
лю! 
(Хочешь, – 
                уедем куда-нибудь 
                                        
        заново, 
                                        
                   замертво, 
                                        
                                 за 
     море?..) 
Люб- 
(Богово – богу, 
                     а женское – 
Читать
Давид Самойлов
Давид Самойлов «Бандитка»
Я вёл расстреливать бандитку. 
Она пощады не просила. 
Смотрела гордо и сердито. 
Платок от боли закусила. 
  
Потом сказала: «Слушай, хлопец, 
Я всё равно от пули сгину. 
Дай перед тем, как будешь хлопать, 
Дай поглядеть на Украину. 
  
На Украине кони скачут 
Под стягом с именем Бандеры. 
На Украине ружья прячут, 
На Украине ищут веры. 
  
Кипит зелёная горилка 
В белёных хатах под Березно, 
И пьяным москалям с ухмылкой 
В затылки тычутся обрезы. 
  
Читать
Владимир Маяковский
Владимир Маяковский «Ко всему»
Нет. 
Это неправда. 
Нет! 
И ты? 
Любимая, 
за что, 
за что же?! 
Хорошо - 
я ходил, 
я дарил цветы, 
я ж из ящика не выкрал серебряных 
     ложек! 
  
Белый, 
сшатался с пятого этажа. 
Ветер щеки ожег. 
Улица клубилась, визжа и ржа. 
Похотливо взлазил рожок на рожок. 
  
Вознес над суетой столичной одури 
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Рыбы зимой»
Рыбы зимой живут. 
Рыбы жуют кислород. 
Рыбы зимой плывут, 
задевая глазами 
лед. 
Туда. 
Где глубже. 
Где море. 
Рыбы. 
Рыбы. 
Рыбы. 
Рыбы плывут зимой. 
Рыбы хотят выплыть. 
Рыбы плывут без света. 
Под солнцем 
зимним и зыбким. 
Рыбы плывут от смерти 
вечным путем 
рыбьим. 
Рыбы не льют слезы: 
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Знаешь»
Алёне 
  
Знаешь, 
я хочу, чтоб каждое слово 
этого утреннего стихотворенья 
вдруг потянулось к рукам твоим, 
словно 
соскучившаяся ветка сирени. 
Знаешь, 
я хочу, чтоб каждая строчка, 
неожиданно вырвавшись из размера 
и всю строфу 
разрывая в клочья, 
отозваться в сердце твоем сумела. 
Знаешь, 
я хочу, чтоб каждая буква 
глядела бы на тебя влюбленно. 
И была бы заполнена солнцем, 
будто 
капля росы на ладони клена. 
Читать
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Современная женщина»
Современная женщина суетою   
замотана,  
Но, как прежде, божественна!  
Пусть немного усталая, но, как прежде,  
      
прекрасная,   
До конца непонятная, никому не 
     подвластная.   
Современная женщина! То грустна   
и задумчива,   
То светла и торжественна.   
Доказать ее слабости, побороть ее   
дерзости   
Зря мужчины стараются, понапрасну   
надеются.   
Не бахвалится силою, но на ней тем   
не менее   
И заботы служебные, и заботы   
семейные.   
ВсT на свете познавшая, все невзгоды   
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Я слышу не то, что ты мне говоришь, а голос...»
Я слышу не то, что ты мне говоришь, а 
     голос. 
Я вижу не то, во что ты одета, а ровный 
     снег. 
И это не комната, где мы сидим, но 
     полюс; 
плюс наши следы ведут от него, а не к. 
  
Когда-то я знал на память все краски 
     спектра. 
Теперь различаю лишь белый, врача 
     смутив. 
Но даже ежели песенка вправду спета, 
от нее остается еще мотив. 
  
Я рад бы лечь рядом с тобою, но это – 
     роскошь. 
Если я лягу, то – с дерном заподлицо. 
И всхлипнет старушка в избушке на 
     курьих ножках 
Читать
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Венецианские строфы (1)»
Сюзанне Зонтаг 
  
I 
  
Мокрая ко’новязь пристани. 
     Понурая ездовая 
машет в сумерках гривой, сопротивляясь 
     сну. 
Скрипичные грифы го’ндол 
     покачиваются, издавая 
вразнобой тишину. 
Чем доверчивей мавр, тем чернее от слов 
     бумага, 
и рука, дотянуться до горлышка коротка, 
прижимает к лицу кружева смятого в 
     пальцах Яго 
каменного платка. 
  
II 
  
Читать