Александр Твардовский

Александр Твардовский

Ты помнишь, ночью предосенней, 
Тому уже десятки лет, — 
Курили мы с тобой на сене, 
Презрев опасливый запрет. 
  
И глаз до света не сомкнули, 
Хоть запах сена был не тот, 
Что в ночи душные июля 
Заснуть подолгу не дает... 
  
То вслух читая чьи-то строки, 
То вдруг теряя связь речей, 
Мы собирались в путь далекий 
Из первой юности своей. 
  
Мы не испытывали грусти, 
Друзья — мыслитель и поэт. 
Кидая наше захолустье 
В обмен на целый белый свет. 
  
Мы жили замыслом заветным, 
Дорваться вдруг 
До всех наук — 
Со всем запасом их несметным — 
И уж не выпустить из рук. 
  
Сомненья дух нам был неведом; 
Мы с тем управимся добром 
И за отцов своих и дедов 
Еще вдобавок доберем... 
  
Мы повторяли, что напасти 
Нам никакие нипочем, 
Но сами ждали только счастья, — 
Тому был возраст обучен. 
  
Мы знали, что оно сторицей 
Должно воздать за наш порыв 
В премудрость мира с ходу врыться, 
До дна ее разворотив. 
  
Готовы были мы к походу. 
Что проще может быть: 
Не лгать. 
Не трусить. 
Верным быть народу. 
Любить родную землю-мать, 
Чтоб за нее в огонь и в воду. 
А если — 
То и жизнь отдать. 
  
Что проще! 
В целости оставим 
Таким завет начальных дней. 
Лишь от себя теперь добавим: 
Что проще — да. 
Но что сложней? 
  
Такими были наши дали, 
Как нам казалось, без прикрас, 
Когда в безудержном запале 
Мы в том друг друга убеждали, 
В чем спору не было у нас. 
  
И всласть толкуя о науках, 
Мы вместе грезили о том, 
Ах, и о том, в каких мы брюках 
Домой заявимся потом. 
  
Дивись, отец, всплакни, родная, 
Какого гостя бог нанес, 
Как он пройдет, распространяя 
Московский запах папирос. 
  
Москва, столица — свет не ближний, 
А ты, родная сторона, 
Какой была, глухой, недвижной, 
Нас на побывку ждать должна. 
  
И хуторские посиделки, 
И вечеринки чередом, 
И чтоб загорьевские девки 
Глазами ели нас потам, 
Неловко нам совали руки, 
Пылая краской до ушей... 
  
А там бы где-то две подруги, 
В стенах столичных этажей, 
С упреком нежным ожидали 
Уже тем часом нас с тобой, 
Как мы на нашем сеновале 
Отлет обдумывали свой... 
  
И невдомек нам было вроде, 
Что здесь, за нашею спиной, 
Сорвется с места край родной 
И закружится в хороводе 
Вслед за метелицей сплошной... 
  
Ты не забыл, как на рассвете 
Оповестили нас, дружков, 
Об уходящем в осень лете 
Запевы юных петушков. 
  
Их голосов надрыв цыплячий 
Там, за соломенной стрехой, — 
Он отзывался детским плачем 
И вместе удалью лихой. 
  
В какой-то сдавленной печали, 
С хрипотцей истовой своей 
Они как будто отпевали 
Конец ребячьих наших дней. 
  
Как будто сами через силу 
Обрядный свой тянули сказ 
О чем-то памятном, что было 
До нас. 
И будет после нас. 
  
Но мы тогда на сеновале 
Не так прислушивались к ним, 
Мы сладко взапуски зевали, 
Дивясь, что день, а мы не спим. 
  
И в предотъездном нашем часе 
Предвестий не было о том, 
Какие нам дары в запасе 
Судьба имела на потам. 
  
И где, кому из нас придется, 
В каком году, в каком краю 
За петушиной той хрипотцей 
Расслышать молодость свою. 
  
Навстречу жданной нашей доле 
Рвались мы в путь не наугад, — 
Она в согласье с нашей волей 
Звала отведать хлеба-соли. 
Давно ли? 
Жизнь тому назад... 
  
          1966


Популярные стихи

Ника Турбина
Ника Турбина «Я – полынь-трава»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Приглашение к путешествию»
Давид Самойлов
Давид Самойлов «Перебирая наши даты»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Солнце Сарьяна»
Николай Некрасов
Николай Некрасов «Газетная»