Алексей Ковалевский

Алексей Ковалевский

Четвёртое измерение № 17 (545) от 11 июня 2021 г.

Подборка: Новый призыв

* * *

 

В Айдаре щук стреляли,

Несли – текло с плеча

Серебряно и яро

Подобие меча.

 

Пролистано, как повесть.

Горят вокруг дома.

И, вмёрзшая по пояс,

В реке стоит зима.

 

* * *

 

С двух сторон страшилищ пасти,

То и это бьёт под дых.

И не знает город Счастье,

Как избавиться от них.

 

С двух сторон одно ненастье

Обрывает провода.

И не знает город Счастье,

Провалиться бы куда.

 

* * *

 

Осколки и стрижи,

Траншеи во всё поле.

И ад ли эта жизнь,

Сказать забыли в школе.

 

Кевлар, бронежилет,

Не рана, а нирвана.

Про тот и этот свет

Спросите, Марь Иванна.

 

* * *

 

Облачко прильнёт – само сиянье!

Подсластит пилюлю и строку.

Хорошо на свете жить, славяне,

Рвать зубами сердце и чеку.

 

Облачко, ты видишь: цэ Эвропа,

Ветер носит миномётный лай.

 

Из подвала, шурфа, из окопа

Забери, внизу не оставляй!

 

* * *

 

Катит за край телегу

Медленно зимний гром.

Воздухом, как по снегу,

Птица пройдёт за окном.

 

Пусть останется так вот

Всё –

            на день, на века.

Лишь не ругань у тракта,

Лишь не треск ДШК.

 

* * *

 

Высоки журавли, но не выше,

Чем твоя и тоска, и звезда.

Вас над холмиком тихим колышет

И звенит, как металл, резеда.

 

Слышен голос отстрелянной гильзы,

Слышен сдавленный выдох ствола…

Если жизнь и взмывает над жизнью,

То она, словно смерть, тяжела.

 

* * *

 

Найдёшь в корнях пшеницы,

В бегущей борозде,

В листве, в напеве птицы…

Ещё? Ещё – везде!

 

Где все четыре ветра,

И мёд, и молоко.

Лишь на два метра – это

Смертельно глубоко.

 

* * *

 

Славили тучных и тощих –

Схлынуло, словно туман.

Светится белая роща –

Тоже, наверно, обман.

 

Вычурней рифма, банальней? –

Всё чепуха, требуха!

Роща у станции дальней,

Может, одна без греха.

 

* * *

 

– Полвека вместе – то не трошки!

Любовь, семейство, мать ети,

Полировать борщами ложку,

Сажать, выкапывать картошку

И сено сохлое грести.

 

– Не надоело, не хотел бы

Подальше голову сломя?

Каких-то зрелищ, а не хлеба?

– Не приведи! – И смотрит в небо. –

Не осуди, помилуй мя.

 

* * *

 

Там сплетаются травы,

Здесь кивают цветы.

Берег левый и правый,

Ни к чему блокпосты!

 

Люди смотрят на воду,

Птицы пьют из реки.

Там и здесь за свободу

Держит Бог кулаки.

 

* * *

 

Ожиданье у моря погоды,

Упованье на вечный «авось».

Всё пропало, небесные своды,

Всё, земные пределы, сбылось.

 

Наши песни гуляют по глади

Синевы – низовой, верховой.

И в пустой переходит тетради

Ветер, скованный цепью, на вой.

 

* * *

 

Потомки Игоревы – кмети,

Буй-туры лелей и харит.

Старик Джо Байден их заметит

И, в гроб сходя, благословит.

 

Но есть ещё княгиня Ольга.

Проклятье ей или респект,

Она воздаст – не станет холить

Коварный Запада проект.

 

И дыма будет на полмира,

От хат, эскортов, серых свит…

Не сотвори себе кумира,

Заложник вечности – пиит.

 

Гляди и в корень, и поглубже,

Свобода зла, любовь слепа.

В сухом остатке только стужа

Свои выделывает па.

 

* * *

 

На явор птицы сели.

До смерти – лёгкий скок.

И в снайперском прицеле –

Листва наискосок.

 

Подлее дела нету –

Выслеживать юнца.

Пускай хоть сигарету

Докурит до конца.

 

* * *

 

Завод раскурочен и штольня,

В мазутных разводах вода.

Но западный ветер невольно

Толкает отсюда туда.

 

И встречное полымя сушит

Глаза и строфы паруса.

А сзади – закаты, как туши,

Базарных корсаров буза.

 

Не думать, где топь, а где топка,

Где устье судьбы, где исток.

Махнуть эту полную стопку –

И разом домой, на восток.

 

* * *

 

И вот угрюмый террикон,

Тебе знакомый с детства,

И стела с множеством имен, –

И все они из местных.

 

И знал ты этого, того,

А тот был в школе другом.

 

И вечный плещется огонь,

И тесно радуг дугам.

 

* * *

 

Дожди ледяные. Каток, а не трасса,

Лишь тракам не скользко, поди.

Какие виденья в подкорке Донбасса?

Дожди ледяные, дожди.

 

Озимые вымерзнут. Люди исчезнут.

Эй, волк и шакал, заходи!

Здесь подвига было, любви и аскезы…

Дожди, ледяные дожди.

 

Новый призыв

 

Кто валет, кто туз

Молодой, да ранний, –

Не двухсотый груз,

Не навылет ранен.

 

Берцы, камуфляж,

Много смеха, шума.

Что ж, Донецкий кряж,

Смотришь так угрюмо?