Первая строфа. Сайт русской поэзии

Все авторыАнализы стихотворений

Анализ стихотворения: Шестое чувство

Николай Гумилёв

Не секрет, что русский поэт Николай Гумилев обладал неким даром предвидения. Во всяком случае, он очень точно в одном стихотворении описал собственную смерть и человека, который оборвет его жизнь. Поэт не знал лишь точной даты гибели, хотя и предвидел, что случиться это довольно скоро.

Именно этому удивительному дару Николай Гумилев посвятил свое стихотворение «Шестое чувство», написанное в 1920 году – менее, чем за год до собственной смерти. В это произведении нет каких-либо мистических пророчеств, которые впоследствии бы пришлось расшифровывать литературоведам. Автор лишь пытается понять, что собой представляет это пресловутое шестое чувство, и на чем именно оно основано.

С присущим ему фундаментализмом Николай Гумилев рассматривает различные аспекты жизни человека, подчеркивая, что каждый из нас стремиться, в первую очередь, к материальным благам. «Добрый хлеб», женщины и вино – вот тот минимум, которым вполне может довольствоваться любой мужчина, который прекрасно знает, как распорядиться этими бесценными дарами жизни. Гораздо сложнее обстоят дела с духовными ценностями, которые невозможно «ни съесть, ни выпить, не поцеловать». В самом деле, что делать с розовой утренней зарей и бессмертными стихами, которые неосязаемы, но наполняют душу трепетным волнением? Ответа на этот вопрос нет и у Николая Гумилева. Однако поэт убежден, что именно умение наслаждаться прекрасным влияет на развитие не только пяти основных чувств человека, но и наделяет его даром предвидения.

Его автор сравнивает с крыльями ангела, считая, что шестое чувство имеет божественное происхождение. И чем чище человек духовно, тем проще ему увидеть то, что скрыто от нас самой судьбой. Однако при этом Николай Гумилев не отрицает, что подобным даром могут обладать и люди, лишенные высоких моральных качеств. И «появившиеся крылья» на плечах «скользкой твари» вызывают у нее ощущение полного бессилия, а также боль и страдания, ведь теперь придется принести миру огромную жертву – отказаться от душевной грязи, стать лучше и чище.

Процесс обретения шестого чувства, по мнению Николая Гумилева, является весьма длительным и болезненным. Прибегнув к весьма красочной метафоре, поэт сравнивает его появление с операцией, благодаря чему «под скальпелем природы и искусства» человек со временем обретает возможность предвидеть будущее. Однако знания эти весьма обременительны, потому что под их тяжестью «кричит наш дух, изнемогает плоть». Автор не считает нужным объяснять в данном произведении, почему именно судьба того, кого в наши дни называют ясновидящим, является столь незавидной. Но, по воспоминаниям очевидцев, дар этот очень сильно угнетал Николая Гумилева, который предвидел очень многие события собственной жизни, однако не мог их изменить. В частности, доподлинно известно, что его любовь к поэтессе Анне Ахматовой, которую он считал порождением темных сил, а свою супругу именовал не иначе, как колдуньей, заставила поэта совершить три попытки самоубийства. Таким образом Николай Гумилев пытался разорвать порочный круг, понимая, что не сможет существовать без избранницы, и при этом доподлинно зная, что, согласившись выйти за него замуж, Ахматова превратит его жизнь в сплошной кошмар. Именно поэтому поэт подсознательно искал смерти и был готов ее принять, зная, что век его короток. И именно шестое чувство подсказало Гумилеву, что он не умрет в собственной постели в обществе нотариуса, как благопристойный гражданин, а будет расстрелян (во имя или вопреки?) собственной любви менее, чем через год после создания этого стихотворения.

Шестое чувство

 

Прекрасно в нас влюблённое вино

И добрый хлеб, что в печь для нас садится,

И женщина, которою дано,

Сперва измучившись, нам насладиться.

 

Но что нам делать с розовой зарей

Над холодеющими небесами,

Где тишина и неземной покой?

Что делать нам с бессмертными стихами?

 

Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать.

Мгновение бежит неудержимо,

И мы ломаем руки, но опять

Осуждены идти всё мимо, мимо.

 

Так мальчик, игры позабыв свои,

Следит порой за девичьим купаньем

И, ничего не зная о любви,

Томится всё ж таинственным желаньем;

 

Так некогда в разросшихся хвощах

Кричала от сознания бессилья

Тварь скользкая, почуяв на плечах

Ещё не появившиеся крылья;

 

Так век от века. Скоро ли, Господь?

Под скальпелем природы и искусства,

Кричит наш дух, изнемогает плоть,

Рождая орган для шестого чувства.

 

1920