Дмитрий С. Бочаров

Дмитрий С. Бочаров

Четвёртое измерение № 15 (507) от 21 мая 2020 г.

Радужное счастье

(Притча-фантазия)

 

Земля, как и вода, содержит газы,

И это были пузыри земли.

У. Шекспир

 

Действующие лица:

 

Фокусник – создатель мыльных пузырей, бог этой истории

Ариэль – мыльный пузырь, ставший человеком.

Лиана – девушка-лиана. Любит Ариэля.

Ветер – дитя эфира. Неуловимый и непредсказуемый.

 

__________________________________________

 

Фокусник появляется перед занавесом.

 

ФОКУСНИК: Все на месте? Ждать не будем.

Отключите телефоны.

Здесь, сейчас случится чудо.

У него – свои законы.

Пьеса требует молчанья

и восторга... непременно.

В ней интрига – изначальна.

Это, знаете ли… сцена.

Всё, как в жизни. Но не очень.

Пламя ада… возле рая.

Пряник сладок. Нож заточен.

Вы готовы? Начинаем. (исчезает)

 

Вступление

 

Занавес открывается. Фокусник на сцене – пускает огромные мыльные пузыри.

 

ФОКУСНИК: А вот пузыри! Обратите вниманье!

Сверкают, как радуга, в небо взлетают.

Их краткое яркое существованье

подобно тому, о котором мечтают

поэты, артисты и прочие люди,

которым блистательность необходима!

Мы их осуждать за чванливость не будем

(ведь фильмы, стихи – нами очень любимы).

Сверкают – и пусть. Очень славно и мило.

Но если взорвутся, судьба их такая –

ведь это всего лишь надутое мыло.

А вот пузыри! Подходите! Взлетаем!

 

(возникает Ариэль – мыльный пузырь, в человеческом облике)

 

…Ты куда? Погоди!

АРИЭЛЬ: Улетел. Прости.

Становлюсь человеком – рабом? Царём?

Кем получится. Отпусти!

ФОКУСНИК: Ты – свободен. Да будет свет.

АРИЭЛЬ: Каково это – быть пузырём?...

Жизнь прожить чередой мгновений –

между светом и смертью... В любой момент,

от обычных прикосновений,

(даже нежных и добрых!) – конец пути.

Не дождётесь! Я – вечен… лечу… прости… (улетает)

ФОКУСНИК: Чудеса начались. Отступленья нет.

Нами задан вопрос – станем ждать ответ.

АРИЭЛЬ: (возвращаясь, как подарок) А вот и я! Здесь, перед вами –

сверкаю радугой талантов.

Как будто весь из бриллиантов!

Как солнца луч в оконной раме –

такой… изысканный, не грубый…

Парад-алле! Трубите трубы!

ФОКУСНИК: Ты потише. Услышат. Не так поймут.

Обвинят в хвастовстве, непомерном эго.

АРИЭЛЬ: Пусть завидуют. Им недоступна нега:

ощущать, что – живой! И реально… тут…

в состоянии полёта, бурля мечтою,

ухватив мирозданье – в ладони сжав…

ФОКУСНИК: Ты, похоже, поэт.

АРИЭЛЬ: Ты, похоже, прав.

Я – сверкаю строкой. Я – бесценно стою.

ФОКУСНИК: Но… не можешь скромней?

АРИЭЛЬ: В этом я не властен.

ФОКУСНИК: Что ж, как хочешь. Но знай – ждёт тебя толпа

озверелых фанаток. Порвут на части…

АРИЭЛЬ: Руки прочь! Я всё понял – знать… не судьба

быть медийным лицом. Я герой, но… скромный.

Популярность и слава – не для меня.

Опасаясь контактов, страшней огня,

в оболочке души поселю раба –

стану видимо мал. Но внутри – огромный!

 

Первая картина

 

ФОКУСНИК: Итак, наш пузырь – человек. По внешности.

(Надежда сравняться с людьми – утопия!)

Но, всё-таки, есть элемент успешности

и даже серьёзной любви подобие.

Смотрите – сидят! Голубки… почти что.

О чём говорят? А сейчас услышим.

 

Ариэль и Лиана вдвоём. Им никто не нужен… вроде как.

 

АРИЭЛЬ: (вдохновенно читает только что написанный шедевр)

Не говори, что холоден,

о страсти не моли!

Я до желанья голоден

…насколько долг велит.

Отчаянную, смелую,

и близко, и вдали –

тебя целую целую,

плюя на целлюлит.

ЛИАНА: Почему ты в журнал не пошлёшь стихи?

Пусть восторженный мир читает.

АРИЭЛЬ: Все стихи, что печатают там, плохи.

Примыкать к графоманьей стае

не желаю. Из принципа. И, к тому ж,

для чего мне известность, слава?

ЛИАНА: Говорила б подругам, что вот… мой муж –

и страницы б твои листала…

АРИЭЛЬ:

Альманахи… издания… звон наличности…

в этой суетной славе – что мне?

Настоящий поэт не стремится к публичности.

Про него – без того вспомнят.

(неожиданно-запоздало осознавая сказанное Лианой) Вот твой… кто?!

ЛИАНА: …Уж который год,

как мы вместе. И столько ж… порознь.

Невозвратное время – рекой течёт,

у подружек – детей поросль.

Только мы, как и прежде – ни то, ни сё.

Дай гитару. Спою. Про судьбу. Про всё. (берёт гитару, поёт)

 

Если радужному счастью

ты доверишься – не плачь.

Над тобою станет властен

восхитительный палач.

 

У него оковы – ласка,

у него, что слово – сказка,

он заводит в дебри – и дорогу не найдёшь.

Пропадёшь…

 

Горячее чашки чая:

Как о чувствах говорит –

долгим эхом отвечает

что-то гулкое внутри…

 

У него оковы – ласка,

у него, что слово – сказка,

он заводит в дебри – и дорогу не найдёшь.

Пропадёшь… (откладывает гитару)

 

Скажи, Ариэль, почему ты радужен?

Ведь ты – человек. Отчего так странно?

АРИЭЛЬ: А что, очень видно? Не думал… надо же…

ЛИАНА: Ты светишься, словно бы луч в стакане.

АРИЭЛЬ: Сравненье приятное – вышел тост!

Я, детка – поэт. Я – разгул и… пост.

Я сложен, как мир. И предельно прост.

Я – ересь. Но я же – и крест нательный.

Я штиль. И вздымающий волны ветер.

И всё, что захочешь…

ЛИАНА: Всё-всё на свете?

АРИЭЛЬ: Я очень изменчивый – беспредельно!

От этого – обликом многоцветен.

ЛИАНА: Но... любишь меня? Иногда мне кажется –

ты… очень чужой. И такой прилипчивый.

А страсти твои – словно мыло, мажутся.

И так же… смываются… мыльной пеною.

АРИЭЛЬ: Я чувства в поэзию обналичивал –

строкой обессмертивал вдохновенною!

ЛИАНА: Но я – не поэзия. Я живая.

Мне хочется быть для тебя единственной…

Лианой прильнуть, от восторга тая,

обнять крепко-крепко! (пытается осуществить сказанное)

АРИЭЛЬ: (стряхивая с себя её руки) Отстань! Я знаю –

ты жаждешь погибели мне убийственной!!

ЛИАНА: Я счастья хочу – чтоб семья и дети…

Чтоб всё – как у всех.

АРИЭЛЬ: Не бывать подобному!

Чтоб ссор избежать – ухожу по-доброму.

ЛИАНА: Но… как? Почему?

АРИЭЛЬ: Пусть судьба ответит. (улетает)

ЛИАНА: Постой! Погоди! Отчего… за что…

ФОКУСНИК: (возникая, словно бы ниоткуда) Ты слишком спешила, Лиана милая.

Ты мыльный пузырь крепко ухватила… но

нельзя ж так давить!

ЛИАНА: Извини… ты… кто?

ФОКУСНИК: Судьба Ариэля. Его отец.

Немножечко бог и создатель сказки.

Не плачь – он вернётся. Захочет ласки,

шаги устремит к твоему причалу

и примет, в объятиях, свой конец.

ЛИАНА: Конец? Почему? Ведь любовь – начало.

Ты злое сулишь. Уходи отсюда!

Не нужен мне бог, если он безжалостный!

ФОКУСНИК: (издевательски кривляясь) Не хочешь? Как скажешь. Конца не будет.

Желаешь любви – завсегда пожалуйста!

 

Вторая картина

 

ФОКУСНИК: Обещал любви – и держу слово!

Продолжаем игру. Начинаем снова.

 

Лиана и Ариэль.

 

ЛИАНА: Ты куда пропал? Я тебя искала.

Ты меня разлюбил? Ты меня не хочешь?

АРИЭЛЬ: Вот настырная – лишь об одном хлопочешь.

Я вернулся. Я – здесь. А тебе всё мало.

ЛИАНА: Я грустила одна. Расскажу… ты слушай.

Мне казалось, что ты – пузырём лопнул.

Мне казалось, что ты – как стекло в окнах.

Ты не думай, я знаю – ты самый лучший.

Я смотрела на мир лишь твоим взглядом,

Я пыталась понять, отчего ты скользкий.

Я пыталась забыть… не смогла…

АРИЭЛЬ: Не надо!

ЛИАНА: Нет, ты слушай! Я злобною быть хотела,

я точила кинжал, как абрек горский,

я лелеяла месть. Но любовь сильнее –

не смогла победить устремленье тела

и веленье души. Вся горю в огне я.

Ты со мною – и снова весь мир белый!

Словно зайчик пушистый… и чистый снег…

Только снег – он холодный. Совсем не греет.

Моё сердце сорвал ты в последний бег…

Пожалей же меня… обними скорее…

АРИЭЛЬ: Ах, Лиана, когда бы я мог строкою

передать всё, что ты мне сейчас сказала –

я б создал… сотворил… написал такое,

что вселенной для образа было б мало!

ЛИАНА: Ты опять о стихах. Ну а как же я?

Я – не рифма. Меня ты совсем не любишь…

Мою душу опять бесполезно губишь.

Нет. Любовь – не блаженство. Она – змея.

В сердце впрыснула яд. А сама смеётся…

Дай, гитару возьму – может быть, споётся? (начинает напевать)

 

Есть слова, а есть дела. Есть поступки и строка… (останавливается)

 

Нет. Не то. Такая песня слишком радостна, легка.

…Лучше пусть: минор погуще

и слеза – как дождь из тучи. (грустно-отчаянно поёт)

 

Ядом пропитана сердца боль.

Как же вышло, что вдруг в капкане я?

Ох, незавидна влюблённых роль –

вот и я ощущаю странное.

 

А ты молчишь,

а ты глядишь

и ничего не говоришь.

 

Липкость сомнения давит грудь,

если мысли и есть – сумбурные.

Вьёт паутину желанья жуть,

а мечты пламенеют – буйные.

 

А ты молчишь,

а ты глядишь

и ничего не говоришь.

 

Ах, если б чувства вернуть назад!

Но, ступив на тропу… не жалуйся.

Нет. Добровольно не пьётся яд.

А из рук, из твоих – пожалуйста!

 

А ты молчишь,

а ты глядишь

и ничего не говоришь.

 

АРИЭЛЬ: Что ты хочешь, чтоб я сказал?

ЛИАНА: Ничего. Как-то вот… спелось.

Просто встретились вдруг: слеза

и отчаянная смелость.

Так бывает, когда поёшь –

словно начисто жизнь живёшь.

АРИЭЛЬ: Так бывает, когда живёшь –

путь пройдёшь, не найдя ответа.

В мельтешении тьмы и света,

перемешаны – правда… ложь…  

Истязаем судьбой, я горю вопросом:

может, слава моя – не блеснув… развенчана?

ЛИАНА: Я не знаю, родной. У меня всё просто –

я безмолвно люблю. Я всего-то… женщина.

Все слова – лишь… слова. И цена им… грош.

Я тебя оплету… я – лиана нежная…

я – голодная страсть… я – мечта безбрежная…

ты обнимешь меня… ты меня возьмёшь…

АРИЭЛЬ: Не касайся! Уйди! Ты убьёшь поэта!

Прочь с дороги! Прощай! (улетает)

ЛИАНА: Вновь исчез куда-то…

ФОКУСНИК: Ариэль устремился бродить по свету.

Слушать пение птиц, и грозы раскаты,

улетать к небесам и срываться в пропасть,

беспредельную смелость узнать и робость,

петь бездонную тьму, и восход – что светел…

ЛИАНА: Где искать – не пойму?!

ФОКУСНИК: Где ветер………

 

Третья картина

 

Ариэль и Ветер.

 

ВЕТЕР: Куда мы сегодня летим с тобой?

АРИЭЛЬ: (без энтузиазма) Ты – Ветер… тебе и решать, наверное…

ВЕТЕР: Помчимся вперёд! Пусть борьба с судьбой

опишется строчкою вдохновенною!

Пусть вихри в лицо – чтоб до слёз из глаз,

и – яростно!! Вдрызг!!!!!..

АРИЭЛЬ: Не спеши – я лопну.

Меня укачало. Внизу, как раз,

прелестный мирок в небо пялит окна.

Давай отдохнём. Наберёмся сил.

ВЕТЕР: Зачем?!!!

АРИЭЛЬ: Я пузырь – из простого мыла.

Меня эта суетность утомила.

ВЕТЕР: Но ты же у Ветра полёт просил?!

Понять горизонты стремился ты,

найдя озаренье в сиянье звёздном,

в дурацком парении несерьёзном,

на грани истерики и мечты…

АРИЭЛЬ: (перебивает) Полёт вдохновенной души – не тела!

Мне надо побольше себя беречь:

пушистый халат… на диване лечь…

красотку, чтоб слушать меня хотела.

И без сквозняков!!!!! …Отдохнём? Согласен?

А я напишу, что полёт прекрасен.

ВЕТЕР: Но как же гроза, что поэта ждёт,

готовя ему – фейерверк из молний,

всесильного грома раскат долгий

и град, что в стекло барабаном бьёт?

А вихри, что вьются в безумной пляске?

А горы, чьи пики уходят в небо?

АРИЭЛЬ: Я к вихрям, мой друг, отношусь с опаской.

Их тяга к безумию – непотребна.

И что мне гроза? Эка, знаешь, новость –

грохочет, швыряя сиянье молний…

А смысл?

ВЕТЕР: Ты прячешь в браваде робость.

Ты – радужный трус, пустотой полный.

В полёте дальнейшем не вижу толка! (улетает прочь)

АРИЭЛЬ: Возможно… и трус. Но живу долго.

 

Четвёртая картина

 

ФОКУСНИК: Вы что… осуждаете? Очень зря.

Ведь миром владеет желанье выжить.

А шкура своя – несравненно ближе

прекрасной идеи. Давайте, мы

рассмотрим истоки всемирной тьмы.

Итак, начинаем! …Огнём горя,

герой погибает, уйдя в легенду

(её нам рассказывают свидетели)!

Но… кто эти люди? Вы… заметили,

ЧЕЙ голос звучит? Кто рисует ленту:

крючков, закорючек… и прочих… букв –

с рассказом восторженно-многословным?

Кто этот Гомер? Дело ЧЬИХ рук?!

 

…УЧАСТНИКОВ гибели, в ней ВИНОВНЫХ –

кто за спины прятался, кто… пытал,

спасая себя. А итог – печальный.

История – та, что Всевышний дал,

написана трусами. И палачами.

ЛИАНА: Ты лжёшь. Ты не бог. Искушая зрителя,

ведёшь его в пропасть, чернишь отчаяньем…

ФОКУСНИК: Не бойся, они не такое видели.

Но мы их опять удивим… нечаянно.

Иди, принимай – вон летит твой. Живой.

 

Появляется Ариэль. Фокусник отходит в сторону.

 

АРИЭЛЬ: Я с неба спустился, а тут… ты.

И, знаешь, я рад этой новой встрече.

ЛИАНА: Я каждую ночь зажигала свечи,

ждала – ты вернёшься из темноты.

Но лишь мотыльки обжигали крылья,

бездарно сгорая в огне экстаза.

А ты не пришёл. Не возник ни разу.

Ты знаешь, я плакала от бессилья.

Ты знаешь, я стала писать стихи.

Они неумелые и плохи,

но, знаешь, в отчаянье – не до стиля.

ФОКУСНИК: Вот так и бывает. Живёшь… живёшь…

Привычно влачишь свою жизнь обычную…

И вдруг… возникает строка, отличная

(от строк повседневных). И ты – поэт!

Ты – роком отмечен! Ты – бог! Ты – свет!

Ты гимны немыслимые поёшь!

Растёт самомнение неприличное…

ЛИАНА: Мне приходят слова – просто так! …сами.

Лучше стих написать, чем истечь слезами?

ФОКУСНИК: (язвительно-площадно) Полюбуйтесь поэзией слёзной доли!

В каждой строчке – кристаллик соли!

АРИЭЛЬ: (менторским тоном. Поэзия для него – очень серьёзная вещь) Кристалл для поэзии – первооснова.

В нём свет преломляется, радугой смысла.

В строке обитают незримые числа,

в решётке из ритма – слово… (озадаченно замолкает, глядя на Лиану)

 

Что ж… отныне у нас… два поэта в наличии?

Любопытно… Прочти.

ЛИАНА: Я спою. Так привычнее. (берёт гитару, поёт)

 

Моя свеча, ну как тебе горится?

Свет не померк?

Твой блеск манит, но… есть ли чем гордиться?

Ты – фейерверк

для мотыльков. Их незавидна участь –

познать твой лик…

Ты – их итог… необратимый случай…

Последний миг…

Хотя б один – сумел принять всесилье

твоей любви?

Испепелились праздничные крылья –

страсть обнови!..

 

Ты истязаешь манкостью. Ты – доза,

что глушит мозг…

 

Но ты горишь. И оплавляешь слёзы

в застывший воск…

 

Песня заканчивается. Ариэль молчит. Затянувшаяся тишина не предвещает ничего хорошего.

 

ЛИАНА: Очень слабо? Прости. Без тебя скучала.

Всё. Забудь. Не пишу…

АРИЭЛЬ: (постепенно распаляясь)

Это лишь начало…

ты завидуешь мне, оттого и пишешь –

чтоб больней уколоть, хочешь стать известной!

Только мне эта тема неинтересна –

я творю для потомков, но не для славы!

ЛИАНА: Я стремлюсь к одному – быть с тобою ближе.

И потомков хочу – от тебя! Ты слышишь?!!!

Я – любовью дышу. Ты – моя… отрава.

АРИЭЛЬ: Ах, я – яд? Ну тогда… береги здоровье.

Я тебя оставляю. Не нужно крови.

Продолжай без меня! Рвись к успеху!!…

ЛИАНА: Право…

ну… зачем же ты так? Ведь прекрасно знаешь:

для меня только то, что с тобой – ценно.

Моё сердце – твоё… я себя теряю… 

я всё время над бездной хожу… по краю…

постоянно одна – ты вдали летаешь,

а вернёшься… ругаешься непременно.

АРИЭЛЬ: В этом доме не может быть двух поэтов!

Чем с завистницей жить – прочь! Бродить… по свету!!! (решительно исчезает)

ЛИАНА: (вслед обиженно) Вот найду, чтобы был не как ты – вменяем.

И поэта… на… циника обменяю!!!… (плачет)

ФОКУСНИК: Ну а что ты хотела? Ведь он пузырь.

Он влюблён лишь в себя. И надут, как шарик.

Он – пустой. Понимаешь? Пу-сто-е мыло!

Он в словах натаскался, и в смыслах шарит…

Только ты его смелостью опередила –

твои строчки живые. В них – чувство, сила!

ЛИАНА: В них всего лишь солёная боль слезы…

ФОКУСНИК: Тот, кто пишет – обязан принять скорбь.

Ведь поэзия – след от ударов. Горб.

Ариэль вечно трусит – любви… грозы…

ЛИАНА: Он не трус!

ФОКУСНИК: Ты глупа, споря.

Ты же знаешь, что я, как всегда, прав.

Эта сказка – моя. И, сюжет взяв,

в праве всё, что хочу, желать я!

Можешь выпрыгнуть здесь из платья –

он опять ускользнёт. Как волна моря…

ЛИАНА: Но зачем ? И… с какой стати?!

ФОКУСНИК: Чтоб не лопнуть. Пузырь… умрёт –

лишь душой дорастёт до людских порывов.

Оттого и порхает… как идиот,

завлекая изменчивостью игривой. (неожиданно меняя тон на обольщающий… да и действиями подтверждая произносимое)

Ну… зачем тебе этот смешной чудак?

Он – убогий певец липкой мыльной плёнки,

он – бездарно пустой… а снаружи – тонкий…

С ним всегда всё неправильно… всё не так…

Лучше… вместе со мной отправляйся в сказку…

Хочешь чувственность?… хочешь… ласку?

Хочешь, детка, детей? Я легко устрою –

можно парочку… можно – трое…

Твои годы уходят… но ты ведь… можешь

стать… моложе?

И это – тоже

мне подвластно. Лишь будем немножко ближе…

чувства – выше… желанья – ниже…

ЛИАНА: (вырываясь из объятий, отталкивая) Ты его оболгал. Ты – плохой бог.

И, к тому же… кобель. Убери руки!!!!

ФОКУСНИК: Тот, кто миф развенчал, безусловно – плох.

Так и быть, я – кобель. Ты – сука.

Но… кусайся! Грызи!! Не сдавайся боли!!!

Позабудь про любовь… вспоминай… волю.

…Иди. Приготовься лететь скорее –

Я Ветер зову. Он тебя развеет. (выталкивает Лиану со сцены)

 

Ох, люблю я мальчишку – за устремлённость,

за желание жить… на разрыв, отчаянно!

Ну и что, что… ходок, с запредельной летучестью –

не способный на длительную влюблённость?

Он такую любовь иногда закручивал!…

Пусть, порой, грубоват, рубит резко – с плеча! Его

за харизму – прощаю. Не знаю лучше его.

 

Он… хороший парень. Хоть и ветреный слишком…

…Ну, да что с него взять? Мальчишка.

 

Пятая картина

 

Ветер и Лиана – в полёте мечты.

 

ВЕТЕР: Куда мы сегодня летим с тобой?

ЛИАНА: Вперёд – в неизведанность горизонта!

Туда, где под звёздным небесным зонтом

я стану свободной – сама собой!

Пусть вихри в лицо – чтоб до слёз из глаз,

и – яростно!! Вдрызг!!!!!..

ВЕТЕР: О-хо-хо! Как славно!

А кажешься хрупкой… Будь Ветру равной!

Увидишь, что сделаю я сейчас!

Держись, только крепче – грядёт полёт,

экстрим пилотажа! Стрелой пронзая

пространство Вселенной, судьбу терзаю!

Смеюсь над устройством земных красот –

стабильных и скучных!

ЛИАНА: Мы в космос выйдем?

ВЕТЕР: А ты – ничего! Я таких не видел.

Летишь в неизведанность, словно ведьма –

нагая, с растрёпанной гривой волос…

ЛИАНА: Скажи, милый Ветер, ведь правда… ведь… мы

всё прошлое – в прошлом оставим? Да?

Терзанья закончились навсегда?

И больше не будет любовных грёз?

Я буду к нему равнодушна? Верно?

ВЕТЕР: Всё станет, как скажется – непременно!

Лишь… если захочешь сама – тогда,

смакуя страданья, обнимешь милого!

Вперёд!! О-хо-хо!!! Набираю силу я!!!! (Ветер и Лиана уносятся прочь)

 

Шестая картина

 

Ариэль и Фокусник.

 

АРИЭЛЬ: Куда она делась?

ФОКУСНИК: Ушла с другим.

Точнее сказать… навсегда улетела.

Она слишком долго тебя хотела.

Но чувства сгорели. Остался дым.

Ты сам виноват. Ты достиг предела.

Ты был для неё, как слова молитвы.

…Чревато бороться с желанием тела –

Всегда есть опасность проигранной битвы.

 

Теперь с ней достойный. Смирись. Прими.

Да ты его знаешь – малютка Ветер…

АРИЭЛЬ: Малютка?

ФОКУСНИК: Все ветры, они… что дети –

их только любовью, как птиц, корми.

И дай порезвиться. Но ты не плачь –

ведь ей хорошо. Значит, всё прекрасно!

АРИЭЛЬ: …И, значит, все чувства мои напрасны?

Ты вовсе не бог. Ты – садист, палач!

Ты режешь сердца, просто так, бессмысленно –

ты болью питаешься, словно сладостью.

Ты ночь насылаешь, лишаешь радости.

Дорога твоя униженьем выстлана.

ФОКУСНИК: (иронично) А можешь попроще, не так красиво?

АРИЭЛЬ: Ты сволочь! Подлец! Ты любовь насилуешь –

я размажу тебя!! Я тебя убью!!!

ФОКУСНИК: (невозмутимо) Вот. Слова человека. Встречай… свою.

 

Появляется Лиана. Она невозможно истрёпана и растеряна.

 

АРИЭЛЬ: Лиана… со мной… ты зачем нагая?

ЛИАНА: Ушла от него. Как была. Такая.

С ним было забавно. Но он – не ты.

Я взгляды его не ловила с жадностью…

мне были неясны его мечты…

и даже в любви не хватало радости…

Он молод и в страстности неутомим.

Но я… не могу. Мне не нужно этого.

Его обнимала, в мечтах… с другим.

Мелодию пела… тебе спетую…

Ты снился мне – радужный… неуловимый.

Ты примешь меня? Ты простишь, любимый?

АРИЭЛЬ: Ты очень растрёпана.

ЛИАНА: Это – Ветер.

Он вечно терзает причёски, платья –

остатки одежды смогла собрать я,

и те… все изорваны.

АРИЭЛЬ: Я заметил.

Я рад, ты не думай. Но… как-то странно.

Сияю. Лучусь. А на сердце – рана.

ФОКУСНИК: Раз сердце болит, значит сердце есть.

Ты думал – легко? Сразу всё получится?

Людское страданье – за счастье месть.

Довольно порхать – начинай мучиться.

 

Седьмая картина

 

Фокусник один.

 

ФОКУСНИК: Если всё хорошо – это очень плохо.

Значит, маятник снова в беду качнётся…

Ни с того, ни с сего, вдруг война начнётся –

на измор… до последнего вздоха.

 

Так сложилось… с глубокой древности:

Если болен безумной ревностью –

станешь близких терзать слепо…

всё в себе опалишь огнём…

 

Каждый держит своё небо,

со своими богами на нём.

 

Появляются Ариэль и Лиана.

 

ФОКУСНИК: (Лиане) Продолжай. Я тебе подсказал строку.

Дальше сможешь сама?

ЛИАНА: Могу. (берёт гитару, поёт – Фокусник уходит, послушав лишь начало песни)

 

Каждый держит своё небо,

Со своими богами на нём.

Наконец-то случилась небыль –

Мы вдвоём.

…Люди смотрят в глаза, любимым –

это миру необходимо

(миру внешнему и… внутри).

Смотри!…

 

Сердца боль – обернулась строчкой,

утомлённой душе легко:

тот кошмар, что приснился ночью,

стал стихом.

…Люди смотрят в глаза, любимым –

это миру необходимо

(миру внешнему и… внутри).

Смотри!…

 

АРИЭЛЬ: И как он тебе?

ЛИАНА: Кто?

АРИЭЛЬ: Малютка Ветер.

ЛИАНА: Опять о своём? Нет его – улетел!

…А ты всё терзаешься. Лучших дел

не можешь придумать?

АРИЭЛЬ: Каких, к примеру?

Чтоб снова поверить в любви химеру?

Чтоб снова я лживость твою не заметил?

ЛИАНА: (ластится к нему)

К примеру... ну… скажем… слияние тел…

безумствие разума… чувственный взрыв…

и сытость довольства…

АРИЭЛЬ: (отстраняясь) Но ты не ответила!

Ты тайно вздыхаешь. Глядишь невесело.

Ты тайною грустью ЕГО отметила.

ЛИАНА: Что было – ушло. Я замок повесила.

АРИЭЛЬ: Он лучше меня?

ЛИАНА: Про себя забыв,

подумай о том, что влюблённость – вера.

А вера – религия. Или – никак.

Кто верит, тот… верит. Без края, без меры.

А кто усомнился… большой дурак.

АРИЭЛЬ: Но он был с тобой!

ЛИАНА: А теперь здесь – ты!!!

Цени, что имеешь – иль будет поздно.

АРИЭЛЬ: Ты мне угрожаешь?

ЛИАНА: Вполне серьёзно.

Природа не ведает пустоты.

Где выжжено чувство – растёт сорняк.

Где ревность царит – слишком близко к аду.

Быть рядом – отнюдь не всегда вместе.

Быть вместе – отнюдь не всегда рядом.

АРИЭЛЬ: Ты с Ветром летала, простившись с честью.

Тебя он трепал, как на крыше флаг.

Была ты нагая. И он был наг.

ЛИАНА: Ты тоже летал.

АРИЭЛЬ: Эта песнь – иная.

Что было со мной, я прекрасно знаю.

ЛИАНА: Умеешь в проблему раздуть… проблемку.

АРИЭЛЬ: Но он был с тобой!

ЛИАНА: Как горох об стенку…

 

Ветер неожиданно проносится между ссорящимися.

 

ВЕТЕР: А вот и я! Явился – сквозняком.

Предчувствую грядущую беду я.

Но помогу им… дружески… тайком –

огонь войны безжалостно раздую!!!!!!

 

Ветер носится вокруг героев, наполняя пространство вихрями отчуждения.

 

АРИЭЛЬ: (явно испытывая дискомфорт) Вновь сквозняк. Говорил – закрывай щели!

Ты грустишь по нему!!!

ЛИАНА: Ты зачем грубый? (иронично подначивая)

Так приятно, когда ветерок на теле… (Ариэль срывается и убегает)

Подожди! Я шучу… Ну какой же глупый… (убегает вслед)

 

Ветер оглядывается и, убедившись, что он остался один, начинает действо: раскидывает по полу какие-то непонятные предметы, вдохновенно мечется в пространстве между ними – колдует.

 

ВЕТЕР: Просыпайся, гордыня…

просыпайся обида…

пусть желанье застынет…

пусть надежда разбита…

пусть любовь обернётся

беспричинною злобой…

Пусть сомнение льётся –

ядом желчности, чтобы

были ранены оба…

из сердец чувства вынем…

кровь – до капли испита…

…И да будет отныне

дверь удачи закрыта! (услышав чьи-то шаги, испуганно обрывает свои заклятия)

 

Появляется Фокусник.

 

ВЕТЕР: А, это ты? А я решил – они.

Какой ты тихий. Словно бы летаешь.

Я тут слегка напачкал… извини.

Издержки колдовства, сам понимаешь:

три пёрышка совы, золы немножко,

глаз висельника, хвост летучей мыши,

драконом непрожёванные крошки,

курчавый волосок, от ведьмы рыжей…

ФОКУСНИК: Опять ты ворожил? Я в этой сказке

не потерплю сюжетных своеволий!

ВЕТЕР: А что она гуляет без опаски?

...И тот, её пузырь... он лучше, что ли?

Я так её хотел! Я с нею был!

Держи меня – я невменяем стану!

Во мне бурлит обиды злобный пыл –

сейчас взовьюсь безумным ураганом!!!!!

ФОКУСНИК: А скольких ТЫ покинул – позабыл?

ВЕТЕР: Я – Ветер. У меня своя стезя.

Мне можно покидать. Меня – нельзя!

 

Восьмая картина

 

Ариэль и Лиана.

 

АРИЭЛЬ: Послушай, милая, ещё один… стишок.

Последний из написанных.

ЛИАНА: Последний?

АРИЭЛЬ: Не придирайся. Вышло хорошо.

Он посвящён… тебе. Он – светлый. Летний.

Возможно, из написанного – лучший...

Короче… слушай. (читает)

 

И настанет утро. И будет день.

И на смену сумраку – выйдет тьма.

Как приятно вместе сходить с ума,

Погружаясь в глупую дребедень.

 

Мы смеёмся весело над судьбой

И шипучую, звонкую радость пьём.

Это не случайно, что мы вдвоём?

Это так и надо, что мы с тобой?

 

Нас зовут чудесные миражи,

От заветной дверцы – в руках ключи.

Солнце, удивлённое – шлёт лучи,

Светит сквозь небесные витражи.

 

Мы вдвоём. А, значит, весь мир – для нас.

Захотим, и время отправим вспять!

Как приятно вместе – в любовь летать!

Как же восхитительно всё сейчас!

 

Ты – мой свет. С тобою – не страшно в тень.

Ты, средь чёрной ночи – моя Луна.

 

…А на смену сумраку – выйдет тьма…

И настанет утро… И будет день.

 

ЛИАНА: (через паузу осмысления) Действительно… лучший. Ты так не писал.

Исчезла красивость. И много надежды.

Всё просто но… сложно – как после и… прежде.

Как жизнь и отчаянье. Штиль и… гроза.

АРИЭЛЬ: Я рад, что понравилось. В нём – любовь.

Как будто бы в сердце открыли шлюзы.

Я стану писать тебе вновь и вновь.

Ты станешь поэту – музой.

ЛИАНА: И матерью деток его. Ведь… да?

АРИЭЛЬ: И будем влюблёнными навсегда.

ЛИАНА: Как здорово! Знаешь, я очень рада!

Такие стихи для меня – награда.

АРИЭЛЬ: (внезапно с подозрением) И прежде… хвалила. Выходит, лгала?

ЛИАНА: Мне нравилось – правда! Но как-то… иначе.

Ты видишь, я счастлива. Видишь – плачу.

Как будто… взлетела. Как будто шла

по ровному полю. И вдруг – на небо!

АРИЭЛЬ: Как будто бы… с ним?!!

ЛИАНА: Ты о ком?

АРИЭЛЬ: О Ветре.

Мне кажется, он где-то тут… на сцене.

ЛИАНА: Что было – давно превратилось в небыль…

АРИЭЛЬ: Я чувствую – он где-то рядом вертит

на прялке судьбы нить твоих желаний!

Он – в сердце твоём… молодой, да ранний!

Ты думаешь я позабыл измену?

Ты думаешь, я доверяю слепо?!!

ФОКУСНИК: (перебивая и меняя ритм) Прекратите ссориться – что за блажь?

Любите – любите! Весь мир – ваш!

Позабудьте его. Для чего вам третий?

Там, где ОН и ОНА – не уместен Ветер.

ВЕТЕР: (влетает, полный силы и ярости) Не быть по сему! Я – драчун, задира,

я почувствовал сладостный вкус мести!

Обманувшим меня – погибать вместе!!

Там, где ОН и ОНА – не бывает мира!!! (проносясь перед Фокусником)

…Ты – бог пузырей. Человек. И всё же…

Не плюй против Ветра – себе дороже!!!!!

ФОКУСНИК: (озадаченно, про себя) Ну что, дорогой, доигрался в сказку?

Теперь не ропщи. Твой малютка вырос.

Он зрителя вгонит в такую краску,

что вряд ли отмоешь. Он – ужас… вирус.

ВЕТЕР: (вьётся вокруг Ариэля)

Меня ты почувствовал? Я – твой бог.

Ты сердцем попал на крючок страданий.

Отныне тебе недоступна нега.

Отныне ты мой. Вьётся нить сюжета –

держи её крепко! Средь дня, без света,

броди в лабиринте больного эго.

…Ведёт в неизведанность злой клубок.

Попавший сюда – сам себя ранит.

…Удачи не будет. А хуже – станет. 

АРИЭЛЬ: (Лиане примирительно) Прости. Я вспылил. Нагрубил слегка.

Мне к ревности нет никакой охоты –

но будто зудит, раздражает что-то…

ЛИАНА: Ну что ж… принимаю. Прощу… пока.

ВЕТЕР: (уносится прочь) Адью! Всем привет! Я вернусь вскоре.

Готовьтесь к финалу – грядёт горе!

ФОКУСНИК: Финал отменяю. Ещё не время.

Закончим попозже – когда устану.

Герои продлят тет-а-тет… со всеми.

И долго, и счастливо жить станут.

 …Но как любопытно. У Ветра – мания.

Смотрите, запел вдруг какую песню!

Возникшей гордыне мешать не стану я.

Посмотрим, что будет. Так интереснее.

 

Девятая картина

 

Фокусник – сперва один. В процессе его монолога, влетает Ветер.

 

ФОКУСНИК: О, молодость, молодость… Кто когда-то

от искры сомнения возгорался,

кто мучил другого и сам терзался,

кто ведал душевной грозы раскаты –

поймёт… Распавлинится – с прежней силой!

И… вспомнит с улыбкой – всё то, что было.

ВЕТЕР: Ты старый. Ты можешь сдержать порывы.

А как поступать, если сам – порыв?!

Куда устремляться, любовь открыв?

Во что ещё верить, летя с обрыва?

Что делать, когда в твоём сердце – ад?

И пульс – как набат, в ожиданье стычки?

И можно ли чувства вернуть назад,

пылая желаньем, подобно спичке?

Она изменила. Она – с ним.

Ему посвящается – мне не спетое.

Я ею отвергнутый! Я – гоним!!

Я ей отомщу. Не прощу им этого!

ФОКУСНИК: Ты хочешь понятное, но… не то.

Допустим, добьёшься. А дальше – что?

…Не склеить однажды навек разбитое.

К чему нам пузырь, со своей любимою?

Не станем им мстить – пролетим мимо… и

туда устремимся, где даль открытая!

Давай как когда-то: лишь ты, да я!

Да мудрость вселенной, в сиянье звёздном…

ВЕТЕР: (просветлённо) Ты правда так думаешь? Ты – серьёзно?

И мира неведомые края

нас примут в объятья с любовью… лаской?

И будет полёт – безмятежным чудом?

Как прежде? Не знал я любви… покуда?

(неожиданно решительно, зло) И там мы напишем другую сказку –

где я буду счастлив. Она – умрёт.

Он – лопнет. Нет… лучше пускай страдает.

Пусть мукою станет его полёт –

пусть знает!

ФОКУСНИК: Опять за своё? Брызжешь злом недужно?

ВЕТЕР: Ну да. За своё. Мне чужих не нужно.

 

Десятая картина

 

Ариэль и Лиана, в состоянии полного умиротворения, празднуют возникшую гармонию. Фокусник, расположившись неподалёку, подслушивает… с интересом.

 

АРИЭЛЬ: Нужно только поверить. И всё пройдёт.

Перестать ожидать, что ударят в спину.

Прекратить заводиться, как идиот…

ЛИАНА: Не придумывать мне вины –

будто я… не люблю. Будто обману…

АРИЭЛЬ: Лучше выпить вино, чем искать вину.

Поднимаю бокал за счастливых нас –

в прошлом, будущем и… сейчас!

Трудно было начать. Ну, а дальше – легче.

Словно в сердце боль отпустила.

Отошла маята, распрямились плечи,

стало мелочью всё, что было…

ЛИАНА: Всё-всё-всё?

АРИЭЛЬ: Кроме нашей любви, конечно.

Ведь она – это самое главное.

Глупо ревностью рушить родное… славное.

На смешное – менять вечное. (вдохновенно импровизирует)

 

Ты мне близкая, ты мне нужная,

я – твой ряженый, я твой суженый,

ты – как воздух, необходимая,

ты – из всех, навсегда любимая.

 

Сияние солнца предполагает наличье луны,

цветущая молодость непременно стремится к старости,

и даже бессонница ищет тропинку в сны…

 

Но я не хочу, чтобы боль стала частью радости!

Я не желаю страданий! Пусть будет лишь белый цвет,

без чёрных эмоций – мы справимся с вечным свечением!

 

Понятно, конечно – такого в природе нет…

Но… логика… смысл… разве это имеет значение,

когда есть любовь? Когда ангел свои крыла

раскрыл над двумя, по ошибке приняв за общее,

когда на два сердца случилась одна стрела,

и кажется – ближе нельзя… невозможно большее!

 

Ты мне близкая… ты мне нужная…

Я – твой ряженый… я твой суженый…

Ты – как воздух, необходимая…

Ты – из всех… навсегда любимая…

 

Лиана благодарно обвивает Ариэля.

 

ФОКУСНИК: (озадаченный услышанным и увиденным, задумчиво подходит к ним) Лучше б глина… но, раз ты из мыла создан, 

раз случился такой парадокс творения… (приняв, наконец, решение – пафосно-торжественно)

 

При сиянии дня и мерцании звёздном –

силой Божией и моего веления:

 

С мига данного и до скончания века,

нарекаю тебя человеком –

по образу и подобию!!!!

 

(с вытекающим из вышесказанного – ТЕПЛОКРОВИЕМ)

 

ВЕТЕР: (врываясь вихреподобно) Теплокровие – это прекрасно!

Значит будет, чему вытекать из вены.

Значит, можно окрасить подмостки красным.

Значит – время назначить цену!!! (исчезает, как появился)

 

Одиннадцатая картина

 

Ариэль и Лиана.

 

ЛИАНА: Ты веришь в предчувствия?

АРИЭЛЬ: Да. А что?

ЛИАНА: Мне кажется, всё будет очень плохо.

АРИЭЛЬ: Мне кажется, ты говоришь не то,

дурёха…

ЛИАНА: Мне кажется, нас ожидает смерть –

за то, что живём не своей судьбою,

за то, что влюбиться рискнули сметь

с тобою…

За то, что летим, всем ветрам назло,

в неясное завтра.

АРИЭЛЬ: (энергично подхватывая) И будь – что будет!

Нам так удивительно повезло,

что даже завистливый – не осудит.

Стремимся в неведомость мы с тобой,

беспечно живём, позабыв бояться –

на зыбкой границе реальности... сна...

У счастья – невиданная цена,

но даже трусливые – примут бой,

но даже согбенные – распрямятся!

Отныне, лишь ты – во главе всего!

Глаза, что люблю, затмевают небо…

Мне больше не надобно ничего…

ЛИАНА: Зачем ты придумал такую небыль?

АРИЭЛЬ: Ведь я же… поэт. Ты забыла?

ЛИАНА: Нет.

Но слишком красиво – всегда опасно.

За слово придётся держать ответ…

АРИЭЛЬ: Ответ? За написанное? Прекрасно!

Я жизнью готов заплатить за страсть.

За взгляд, что мне дорог…

ВЕТЕР: (внезапно появляясь, ехидно-вкрадчиво) Ужасно мило…

Я вижу, не зря ты его хвалила –

он мастер. Имеет над строчкой власть.

Но вот… над собой? Сомневаюсь что-то.

Обычный трепач, овладевший рифмой.

Он может задействовать сердца ритмы,

но жить – так, как пишется… не охота.

Я знаю таких. Он из тех, кто ярок:

парит над землёй, словно бы подарок,

привычно клянётся – и вмиг забудет…

АРИЭЛЬ: Сказал, что умру – значит так и будет.

ЛИАНА: Не надо! Молчи!

ВЕТЕР: Ты поэт? Прекрасно.

Так действуй, заявленному согласно.

ФОКУСНИК: (он уже давно наблюдает за происходящим) А это – нечестно. Ты сам не раз

обманывал мир, изменяя правила.

Синоптик – седел от твоих проказ.

ВЕТЕР: Седой будет та, что меня оставила!

…Мне можно обманывать. Я – не поэт.

С того, кто не пишущий – спросу нет.

АРИЭЛЬ: Есть с пишущих спрос? Да. Ты прав, пожалуй.

Ведь Слово – божественно, изначально.

Трусливость поэта всегда печальна.

Быть нужно ответственным – в точке малой,

в любой запятой… не считая строчки!

Малейший стишок на твоём листочке –

ЗАКОН… обязательный во вселенной!

Ведь даже... сожжённая мысль – нетленна…

В ней – факел надежды, что светит ночью.

От Слова всё начато. Им закончу. (лопается)

 

Фокусник и Лиана – остолбеневают, шокированные неожиданным финалом.

 

ВЕТЕР: (брезгливо отряхивая с себя мыльные брызги) Пузырь. И позёр. Ничего нового.

Поэта ещё не встречал толкового…

 

Эпилог

 

Занавес открывается. Фокусник снова, как это уже было ранее – пускает огромные мыльные пузыри.

 

ФОКУСНИК: А вот пузыри! Обратите вниманье!

Сверкают, как радуга, в небо взлетая.

Их краткое яркое существованье…

(Лиане) Зачем ты мешаешь, меня толкая?

ЛИАНА: (наступая на Фокусника) Опять создаёшь то, что было создано?

Даруешь страдание мыльной плёнке?

ФОКУСНИК: А вот пузыри – из субстанции тонкой!

Вы видите чудо? Да – вот же! Вот оно!!!......

 

Возникает мыльный пузырь, в человеческом облике. Похожий на Ариэля. Возможно, это он и есть.

 

ФОКУСНИК: …Ты куда? Погоди!

АРИЭЛЬ: Улетел. Прости.

Становлюсь человеком – рабом? Царём?

Только – не пузырём… пузырём…… пузырём……. пузырём…….