Эльвира Пархоц

Эльвира Пархоц

Сим-Сим № 20 (224) от 11 июля 2012 г.

Подборка: Про жизнь

 Заброшенный дом

 

Тихий дом. Вкруг него

Бродят тени забытых надежд.

И, блеснувши, звезда

Проводит кривую

Забытой судьбы.

 

Кто-то строил его с вдохновеньем,

Кто-то жил в нём,

Кто-то в нём умер.

Но теперь только крест над могилой

Помнит имя того, кто здесь был.

 

Тихий дом. Сквозь глазницы окон

Смотрит он в беспредельную даль.

 

Он не страшен. Он грустен и пуст.

Две звезды, словно души,

Глядят на него.

 

Скоро треснет тесовая крыша,

И не будет уж больше темнеть

Заповедник печали и мглы,

Пробуждая ненужные мысли.

 

2003

 

Одни в поле

 

Дальше действовать будем мы.

Виктор Цой

 

Пустота накатывает волной,

Ветром обожжено лицо.

Вдали оборками – лес,

Под ногами – светомузыка наста.

Сквозь синее матовое стекло

Солнце всматривается в нас:

«Кто вы?

Зачем вышли на сцену-поле?»

Почерневшие подсолнухи

Микрофонами повёрнуты к нам.

Что сказать? Скажем правду:

Мы воины.

Мы одни.

Наша цель – не победа, а бой.

С кем сражаться – толком не знаем.

Бьёмся сами с собой.

 

2007

 

На морском берегу

 

Подруге

 

У меня осталась твоя раковина.

Волны-годы медленно шуршат.

У меня осталась твоя раковина.

Пустая. Даже эхо не поёт внутри.

Я не коллекционирую ракушки.

Волны подползают и берут её из рук.

Положив на отмель, отступают.

В преломлении воды и света

Она вспыхивает гранями и гаснет.

Я не коллекционирую ракушки.

И вода уносит её в бездну.

Может, там она кому-то пригодится...

 

Я остаюсь на берегу.

Волны бродят около и шепчутся.

Не обо мне.

И не о раковине.

 

Про жизнь

 

«Всё впереди…» –

Думал он, умирая.

 

Вечная тема

 

МЫ – народ от четырнадцати до...

«  – Посмотрите, одеты они во что!..

[То есть, до какой степени раздеты]

– И не клубы у них, а секты.

– А как пострадало искусство!..

– Ищут шестое чувство:

Прокалывают языки, пупки...

– А эти деби... тьфу, мобильники?!

– Близок, по-видимому, конец света...»  –

 

Приблизительно – это,

Наверняка,

ВЫ пели во все века.

Тем не менее, иногда,

не прося у вас извинения,

Из нас вырастают гении.

А в пресловутой кричащей

 

(под вашу дуду)

Одежде –

Наше «ау!»

Вере, любви, надежде.

 

Брюзжите. Право имеете.

Но, взрослые, когда же ВЫ повзрослеете?

 

Около художественной школы

 

Привезли, раскатали рулоны

Травы и дёрна.

У газона – новые эталоны.

Дать бы отсюда дёру,

 

Но мне интересно – стою.

В середине сделали клумбу

 

С надписью из цветов: «Coca-Cola».

Лучше бы – «I love you»

И с какой-нибудь статуей тумбу.

Для прикола.

 

Завершили работу. Поставили штамп-табличку:

«Осторожно! Обработано пистицидами». Словом,

Всё вполне эстетично.

Просто пока – ново.

 

Надежда

 

Шла по улице.

Шла навестить

Бывшего героя –

Умирающего.

 

Он один лежит

Далеко,

В застенках городских.

Я кто?

Я никто. Бывшая святая.

И давно уж наплевать

На героев мне и негероев...

Но ударил сзади разговор

Пятилетних малышей,

Идущих с мамами:

 

– У меня есть магическая сила!

– И у меня – така-ая сила!

– Значит, мы оба сильные.

– Значит, мы братья.

– И всех победим!..

 

Луч потрогал руку,

Как рука.

Мне тепло.

Не всё ещё пропало.

 

Прогулка

 

После красно-желтых дней...

Виктор Цой

 

Он был во дворах и лесах.

Он осенью в город вошёл.

На резных кораблях по ветрам

Проплывал день вчерашний над ним.

И тонули один за другим корабли.

На асфальтовом дне шелестели обломки.

Поддавал их ногой, улыбался.

Беззаботно по улицам брёл.

 

А друзей у него было когда-то…

Первый друг попал в сеть Интернет,

Вторая перегорела, пытаясь стать яркой,

Третьего осудили

За интимную с музой связь…

И теперь он шатался один.

 

…Город знакомый. Старая стройка.

Не продвигается стройка нисколько.

Техники нагнано больше, чем много;

Но заросла подъездная дорога.

Он заметил: – А у вас бардак.

– Не отыщем крайнего никак.

 

Засмеялся и двинулся дальше.

 

Раньше тенился двор:

Детская площадка,

Посередине – огромный клён.

И три деревянных фигуры –

Богатыри…

А сейчас тут отгрохали дом.

Света в окнах что-то не видно.

Он хотел войти в новый подъезд –

Передумал.

Испугался на лестнице тёмной

Встретить призраков богатырей.

По привычке плюнул.

Дальше…

 

Так он шёл вместе с осенью,

Сам не зная – куда.

Потому никуда не пришёл.

И никто не последовал.

Да и к чему?

Ведь не всем вести за собой.

 

Растворился в осенних аллеях.

И остались дворы –

Ранним пеплом присыпаны угли-деревья.

И остались леса,

Опалённые

Вечным холодным огнём.