Герман Плисецкий

Герман Плисецкий

1. Федерико Феллини. 
     «Дорога» 
  
Каждый раз, как взвывает мотор 
на крутых оборотах рабочих 
и дорога с бугра на бугор 
кинолентой бежит и стрекочет–  
 
Слышу трубный возвышенный звук 
над старинными городами. 
Как отчаянье вскинутых рук, 
этот звук тяготеет над нами. 
 
Мы – бродячие циркачи, 
мы паясничаем, как придется. 
Половина из нас – силачи, 
половина – канатоходцы. 
 
Муравьиные наши труды, 
бесполезное бешенство скачек 
одинокое соло трубы 
с высоты поднебесной оплачет. 
 
Этот круглый мотив – колесо 
неприкаянного бродяги. 
Это клоунское лицо 
с намалёванными бровями. 
 
Это старая наша Земля, 
потерявшая разум уродка, 
переполненный цирк веселя, 
вся в слезах, улыбается кротко... 
  
2. Ален Рене. «Хиросима, любовь 
     моя» 
  
Кого мы ждём всю жизнь? Кого мы ждём 
в безмолвном прошлом, под косым дождём? 
Из стен родных бежим куда-нибудь, 
из стран родных – припасть, упасть на 
     грудь! 
 
Туристские ночные города 
влекут на дно, как в омуты вода. 
В их свете предстают перед людьми 
великие возможности любви. 
 
Обуглены мы будем, сожжены 
в чужих отелях, в призрачных ночах, 
в объятьях суженой, а не жены, 
коротким замыканьем на плечах. 
 
И встанет, заштрихованный дождём, 
беззвучный и пронзительный пейзаж... 
Мы, словно катастрофы, счастья ждём, 
дневной покой оберегаем наш. 
 
Бог атомный, спаси живущих врозь, 
всю жизнь свою придумавших не так 
детей Земли, летящей между звёзд, 
а вовсе не стоящей на китах! 
  
3. Ингмар Бергман. «Земляничная 
     поляна» 
  
Профессор, вы прожили долгую жизнь. 
Скажите, профессор, последнее слово. 
Скажите: «Сдавайся!» Скажите: 
     «Держись!»  
Я всё зачеркну и обдумаю снова. 
 
Нужна же опора и авторитет! 
Ведь есть же предел молодому 
     бесстрашью! 
Вы прожили больше событий и лет. 
Подайте совет! Вы мудрее и старше. 
 
Иллюзии родины и семьи 
проплыли за стёклами... Что же 
     осталось?  
Усталость – вот высшая правда Земли. 
Седая, почтенная с виду, усталость. 
 
И женщины чувствуют это нутром. 
Плевать им на ваши заслуги и званья. 
Одною улыбкой – возводят на трон. 
Одною усмешкой – лишают признанья. 
 
Вы жулик, профессор. Вы жалкий банкрот. 
Морочите голову мне и соседям. 
Стареющим львом притворившийся крот, 
скажите: куда мы так правильно едем?  
 
Какая награда нас ждёт впереди? 
Какая тоска вырастает до крика? 
На этом пути никогда не найти 
душистых полян, где цветет земляника. 
  
          1963