Константин Симонов

Константин Симонов

Памяти Амундсена 
  
Весь дом пенькой проконопачен прочно, 
Как корабельное сухое дно, 
И в кабинете - круглое нарочно - 
На океан прорублено окно. 
Тут всё кругом привычное, морское, 
Такое, чтобы, вставши на причал, 
Свой переход к свирепому покою 
Хозяин дома реже замечал. 
Он стар. Под старость странствия 
     опасны, 
Король ему назначил пенсион, 
И с королём на этот раз согласны 
Его шофёр, кухарка, почтальон. 
Следят, чтоб ночью угли не потухли, 
И сплетничают разным докторам, 
И по утрам подогревают туфли, 
И пива не дают по вечерам. 
Все подвиги его давно известны, 
К бессмертной славе он приговорён, 
И ни одной душе не интересно, 
Что этой славой недоволен он. 
Она не стоит одного ночлега 
Под спальным шерстью пахнущим мешком, 
Одной щепотки тающего снега, 
Одной затяжки крепким табаком. 
Ночь напролёт камин ревёт в столовой, 
И, кочергой помешивая в нём, 
Хозяин, как орёл белоголовый, 
Нахохлившись, сидит перед огнём. 
По радио всю ночь бюро погоды 
Предупреждает, что кругом шторма, - 
Пускай в портах швартуют пароходы 
И запирают накрепко дома. 
В разрядах молний слышимость всё глуше, 
И вдруг из тыщевёрстной темноты 
Предсмертный крик: «Спасите наши души!» 
И градусы примерной широты. 
В шкафу висят забытые одежды - 
Комбинезоны, спальные мешки... 
Он никогда бы не подумал прежде, 
Что могут так 
     заржаветь 
     все крючки... 
Как трудно их застёгивать с отвычки! 
Дождь бьёт по стёклам мокрою листвой. 
В резиновый карман - табак и спички, 
Револьвер - в 
     задний, компас - в боковой. 
Уже с огнём забегали по дому, 
Но, заревев и прыгнув из ворот, 
Машина по пути к аэродрому 
Давно ушла за первый поворот. 
В лесу дубы под молнией, как свечи, 
Над головой сгибаются, треща, 
И дождь, ломаясь на лету о плечи, 
Стекает в чёрный капюшон плаща. 

     .......................................................... 
Под осень, накануне ледостава, 
Рыбачий бот, уйдя на промысла, 
Найдет кусок его бессмертной славы - 
Обломок обгоревшего крыла. 
  
          1939


Популярные стихи

Валентин Гафт
Валентин Гафт «Ёлка»
Александр Кушнер
Александр Кушнер «Все эти страшные слова»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «А снег идёт, а снег идёт...»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Будь, пожалуйста»
Константин Симонов
Константин Симонов «Пять страниц»
Михаил Дудин
Михаил Дудин «Дебаркадер да базар...»