Наталья Крупина

Наталья Крупина

Четвёртое измерение № 16 (292) от 1 июня 2014 г.

Подборка: Траектория возвращения

Рижские стихи

 

Костёл взмывает ввысь – под облака,
А облака всё бархатней и ближе...
Латышского не помня языка,
Я на латышском сны цветные вижу.

Несёт река прозрачную волну,
А Рига спит и видит сны о чуде,
И шпиль на башне притянул луну –
Ночной чудесный золочёный флюгер.

Стекают стрелки постепенно вниз –

Часы сложили лапки, как кузнечик.
Из домской залы выйдет органист –
Смешной, нелепый, толстый человечек.

И по ночному городу пойдёт,
А дождь за ним стакатто бьёт по крышам.
И звёздный плот над Даугавой плывёт!
Я это вспоминаю на латышском....

 

Из цикла «Цирковые»

 

Шла девочка по линии тугой…

И мир счастливых глаз внизу качался.

И под ногой канат всё не кончался,

И купол гнулся чёрною дугой.

Шла девочка по линии тугой…

Но ни один из тех, сидящих в зале,

За ней следящих жадными глазами,

Не знал, что нет страховки за спиной!

О, публика, прости её за то, что

Не для тебя сейчас её дебют.

Он там, внизу, с другой, и это точно!

Как точно то, что там её не ждут!

Ну, вот и всё. Зачем так много света?!

Пустой канат качает тишина,

И музыка смешалась, как волна…

Шла девочка… а впрочем, было ль это?

 

Рижский дождь

 

Дождь в Старой Риге, дождь,
Странный ночной чудак.
Неба беззвёздного дрожь
В лужах купает мрак.

Трогает клавиши крыш
Тихим аккордом ночь.
Ангел мой, ты не спишь,
Слушаешь рижский дождь.

Он по окну стучит,
Просится робко в дом,
Слышишь, орган в ночи
В квинту звучит с дождём...

 

Балаганчик

 

Я – уставшая Коломбина
В предпоследнем снегу седин.
Помнишь, как я тебя любила,
О, мой ветреный Арлекин?

И заплатки на ветхой накидке,
Словно звёзды, сияли – точь-в-точь,
И казалась дворцом кибитка,
И казалась короткой ночь!

Но летели года и вёрсты,
Словно камни из-под колёс,
И ненастною ночью поздней
Ветер странствий тебя унёс!

И по лунной седой дорожке
Ты судьбу искать уходил.
И платан сиротливой дрожью
Навсегда тебя проводил.

Но в забытом краю однажды
Я опять тебя обрела.
Арлекин, мой дружок отважный,
Я забыть тебя не смогла.

Но зачем в придорожной роще,
Под убогим простым крестом,
Мой единственный, мой хороший,
Ты обрёл свой последний дом?!

Я тебя не покину, милый.
И угасну здесь от тоски...
Я тебя одного любила,
О, мой ветреный Арлекин!

 

Снежный ангел

 

Был горьким снег… Он сыпался стеной,

За ним, как призрак, город вырастал…

И шли следы, как белый пёс, за мной,

И каждый звук, немея, замерзал.

 

И было что-то в снежной пелене,

Что разделяло «завтра» и «вчера»,

И умирало прошлое во мне,

Как скорбный снег на угольях костра.

 

И снежный ангел за плечом рыдал

И робко целовал седую прядь,

А я ему шептала: не беда,

Не стоит об ушедших вспоминать!

 

Всё отболит, и снова яркий свет

Твои согреет чуткие крыла…

Пускай любовь сегодня умерла

Но я-то знаю – будет новый снег!

 

Весна

 

Я сегодня наступила на грабли.
Кто-то бросил их на грядке с редиской!
А из шланга – бриллиантами – капли,
А из глаз салютом радужным брызги!

И слетала пена белая с вишен,
Шмель искал в цветке свой взяток пьянящий,
И струилось солнце лавой по крыше,
И стекало в лопуховую чащу.

И забор топорщил колья, как сабли,
И природа от восторга балдела.
Я вдохнула запах ландышей белых...
И вторично наступила на грабли!!!

 

Эпитафия

 

Ушёл Мюнхгаузен с утра
Бездушной новостною строчкой.
Недоприду... недоигра...
Недо... и всё. И боль. И точка.

Недозабравшись в небеса,
Но лучше всех увидев небо!
Недолюбив, недописав,
Недосердившись... недо... недо..

Ведь возвращался он всегда.
И улыбался нам с экрана...
Барон! Ушли Вы слишком рано!!!
Вас к чаю ждать?
 ....Вас ждать когда?!

 

Ночь

 

Небо в жёлтых холодных опилках –
Так Куинджи сходит с холста...
Я разбила ночь, как копилку,
А она оказалась пуста...

И теперь не собрать, не склеить
Воедино осколков не сместь,
Пусть она свои звёзды сеет
И качает тумана сеть!

И ночным, рассеянным взглядом
Ты одаришь меня, уходя...
Ночь не склеишь, да и не надо.
Вновь расклеится от дождя!

 

Тихий ангел

 

Я когда-то светилась от счастья
И умела любить горячо,
И меня защищал от ненастья
Тихий ангел за правым плечом.

Он меня охранял от простуды,
Сил хватало меня уберечь
От обид, от людских пересудов
От долгов и предательских плеч.

Но однажды в бескрайности дальней
Я – хмельная – его предала.
Рассердился мой ангел печальный
И ушёл, прижимая крыла.

Я теперь прозябаю убого
И не смею любить горячо.
Суть не в том, что не манит дорога...
Просто ангела нет за плечом.