Саша Ирбе

Саша Ирбе

Четвёртое измерение № 19 (583) от 1 июля 2022 года

Подборка: Когда случается любовь

* * *

 

Нас с тобой не спасёт одиночество

и чужая любовь не спасёт.

Ты живешь теперь, как тебе хочется,

а вернее, как жизнь понесёт.

 

Ничего не кляня и не празднуя,

пьёшь с усмешкой задумчивый день.

А дороги у нас теперь разные,

и от прошлой осталась лишь тень.

 

И хранит нас с тобой одиночество

на своих утомлённых руках,

но, пройдя все земные пророчества,

мы с тобою живём в облаках.

 

И не важно: что здесь с нами станется

и чему здесь не велено быть.

Сердце с сердцем вовек не расстанется,

если память не в силах забыть.

 

2007

 

Ты говорил

 

Ты долго говорил по телефону.

Ты говорил, когда тебе звонила,

потом, когда в квартиру заходила

в огромной шляпе и в пальто зелёном.

 

Ты возглашал о банках и о сайтах,

паденье цен, безмозглости рабочих,

о музыке, зажатой в килобайтах,

испорченной и в частности, и в общем.

 

Ты говорил – я чай попить успела,

накрасить губы и поправить чёлку.

Ты говорил – я на тебя смотрела

обиженно, отчаянно и колко.

 

Когда звонила этому, другому,

ты говорил, секунды не теряя,

и, дверь закрыв, по снегу голубому

ушла, в руках ключи перебирая.

 

Ты мне звонил, слал в эсэмэсках строчки,

я на твои звонки не отвечала.

Вот так легко и просто ставить точки

на том, что было дорого сначала.

 

Не понял ты… Да и поймёшь едва ли…

Зачем любить, когда любить устали,

когда в сердцах и в доме нет тепла?!

Густая ночь лежит на одеяле,

а за окном – зима

белым-бела.

 

2009

 

* * *

 

Не расставанье и не встреча –

а удивленье и покой.

Какой простой и странный вечер!

Уже когда-то был такой.

 

Какое лёгкое молчанье

и разговоры ни о чём!

Меня тобою примечанье:

рукой касание… плечом…

 

Мое тобою удивленье!

C десяток рук чужих и глаз

вокруг устроили круженье –

сближенье нас.

 

Какой простой и странный вечер!

Уже когда-то был такой.

Единственно – мне стало легче

с тобой сродниться,

как с тоской.

 

Теперь чудес не замечаю.

Зачем мне в мире чудеса?!

Ты не смотри, что я скучаю,

что я – не та.

 

Что от твоей невольной власти

теперь стремглав не полечу.

Я знаю: в ней не будет счастья!

Я не хочу.

 

Какой простой и странный вечер.

Уже когда-то был такой.

Твоя рука мне давит плечи,

как шар земной!

 

2013

 

* * *

 

Теперь хочу, чтоб ты был счастлив там,

где нет моих капризов и различий,

где, просыпаясь с женщиной обычной,

ты будешь растворяться по утрам

 

в себе и в деле, в детях и в жене,

в покупке холодильника и крана.

Хочу, чтоб больше не ходил ко мне

ни ночью поздней и ни утром рано.

 

Хочу тебя всей болью отпустить!

(И пусть потом вовек не позабуду).

Ещё тебя мне хочется простить

за то, что я той женщиной не буду,

 

что вылепить меня ты не сумел,

какой мечтал, какой всегда хотел.

Что мастер оказался мягче глины.

 

Но и расставшись, мы с тобой едины.

 

2015

 

* * *

 

Говорят, если в чудо не верить,

не случается чудо совсем,

но стучится в закрытые двери

ветер чуждый чудны́х перемен.

 

Всё, что было страданьем и болью,

зарастает, как розами сад,

озарённый твоею любовью.

В нём уже не шумит листопад

 

среди ягод рябины притухшей.

И не кажется страшным уже

мир,

в котором мне сделалось лучше

на твоём и моём вираже.

 

2015

 

Признание

 

Ты знаешь: я хочу с тобой дружить,

бродить ночами, ветки задевая.

Хочу тобой, как светом, дорожить,

как цветом нескончаемого мая.

 

Во избежанье и обид, и слёз

смотреть в глаза, как в самый первый вечер.

И верить в сказку детскую всерьёз,

что мир Любви – он и красив, и вечен.

 

Одна мечта, один беспечный взлёт –

и губы, воцарённые губами,

расскажут, как табун коней идёт

по пастбищу, как полон мотыльками

 

весенний воздух... Единенье рук

и тишины полночное звучанье.

Ты крепко спишь, мой самый нежный друг,

и воцарилось в комнате молчанье.

 

А мне теперь так хочется сказать,

но не словами, а движеньем, взглядом,

где есть любовь – там холода нельзя,

где счастье есть – там грубости не надо.

 

Когда ж вся ночь опустится на «нет»,

перешибая и мосты, и сроки,

пусть за меня расскажут эти строки,

что до тебя, за много-много лет,

моя душа не видела рассвет.

 

2016

 

* * *

 

Мне хочется с тобой поговорить.

(И не беда, что не сложилось счастья!)

А сердце, вспомнив, всё ещё болит,

вернее даже – рушится на части.

 

Прижавшись к чуть забытому плечу,

смотреть в окно, в глазах искать ответа…

Ты пишешь мне – а я в ответ молчу!

Но знал бы ты, как мне не просто это!

 

Ты пишешь мне, а я тебе в ответ

лишь о делах... (Душевное увечье!..)

Ты пишешь мне и зажигаешь свет

в моей душе в простой и тусклый вечер.

 

2018

 

* * *

 

Дом… Ночь… Вокруг такая тишина

баюкает и счастьем согревает,

что странно думать, что идёт война,

что где-то там война ещё бывает.

 

А кажется, что не наступит боль,

что даже смерть наш дом проскочит мимо.

Великая любви досталась роль:

нам только с нею жизнь необходима.

 

А если б у любви и тишины

хватило сил, чтоб дом наполнить каждый,

тогда бы в мире не было войны

и даже б смерть закончилась однажды.

 

2019

 

Когда она случается любовь…

 

Промозглый день... Остатки жидких щей...

И в парке предобщаговском, ручейном

жгут фонари остатками свечей

и счастьем заблудившимся, ничейным.

 

А мы, схватившись за руки, вдвоём,

ручьёв и фонарей не замечая,

восторг любви, как воздух, горлом пьём,

всю бренность дней на щепки разметая.

 

Когда она случается – любовь

высокая, почти что неземная,

не думаешь... Она – и плоть и кровь.

Не даром так рифмуется... Иная

 

при ней и суть, и форма бытия,

иные облака, иные лица,

а мир не разобщен на «ты» и «я»;

им только вместе можно насладиться

 

и каждый час судьбы благодарить.

...Но это в прошлом! ...Тени – точно замки...

Деревья обрамляли счастья нить –

дорожку в парке… Не гудки – шарманки,

не голоса – а песенки неслись!

О, как неслась!.. О, как бурлила жизнь!..

 

И мы вдвоём, врываясь в царство света –

общага, лифт коричневого цвета, –

неслись, как небожители земли,

на наш этаж в зелёной краске – пятый.

Каскады звёзд мерцали нам вдали,

а город спал, как чёрный пес лохматый,

что задремал в ночи у наших ног.

В сближенье губ мы обретали крылья,

в пространстве, где влюбленных любит Бог.

А разлучить их?!. Вся земля бессильна!

 

…Но это в прошлом!.. Стали фонари

всего лишь в скудном парке фонарями.

И больше в наших жизнях нет любви,

чтоб волшебство и мир творила с нами.

 

Но мы – запомнив выси бытия –

в их мягкий свет до времени летаем.

И где есть ты – там вечно буду я!

Не знает мир – но мы об этом знаем!

 

2019

 

* * *

 

Двенадцать – мне... Ему?.. Уже тринадцать,

но нам казалось: оба старше мы, –

а я ещё училась целоваться

на сочных дольках яблок и хурмы.

 

Его лица и имени не вспомню,

но помню гордость, что во мне цвела,

когда по людным улицам и тёмным

я с первым в жизни кавалером шла.

 

А он – смущался, хоть высок был ростом.

Носил очки... Был, кажется, худым

и, кажется, что мне казался взрослым,

а был, как я, безбожно молодым.

 

2021

 

На сеновале

 

И эти дни волшебные бывали

под блеянье козы, на сеновале,

под мерный стук внизу идущих ног.

А мы в такие бездны уплывали,

где нет ни коз, ни ног и ни дорог.

 

О, эти дальней юности ласканья!

И дедушка (пускай и знал о нас)

не нарушал цветенья, целованья

и первой страсти, вольностей прекрас,

 

пока бродили запахи, как тени,

и руки, ноги путались в траве,

и он шептал: «Ещё разок… последний!..

Лишь поцелуй!..» И омут в голове!

___

 

И дедушка под вечер улыбался,

и даже щёки рдели у него,

и думаю, что в мыслях возвращался

в тот сладкий час волненья своего,

 

когда ему семнадцать, может, было,

быть может, двадцать – но не в этом суть,

и девушка красивая всходила

на сеновал с ним тоже отдохнуть.

 

И точно так коза в хлеву шумела,

и запахи дурманили весну

его любви… И только с телом тело

над миром нарушали тишину.

 

2021