Первая строфа. Сайт русской поэзии

Все авторыАнализы стихотворений

Вероника Тушнова

Ночь

 

(Зима 1942 г.)

 

Смеясь и щуря сморщенные веки,

седой старик немыслимо давно

нам подавал хрустящие чуреки

и молодое мутное вино.

 

Мы пили все из одного стакана

в пронзительно холодном погребке,

и влага, пенясь через край, стекала

и на землю струилась по руке.

 

Мы шли домой, когда уже стемнело

и свежей мглою потянуло с гор.

И встал до неба полукругом белым

морскою солью пахнущий простор.

 

От звезд текли серебряные нити,

и на изгибе медленной волны

дрожал блестящим столбиком Юпитер,

как отраженье крохотной луны.

 

А мы купались... И вода светилась...

И вспыхивало пламя под ногой...

А ночь была как музыка, как милость

торжественной, сияющей, нагой.

……………. . .

Зачем я нынче вспомнила про это?

Здесь только вспышки гаснущей свечи,

и темный дом, трясущийся от ветра,

и вьюшек стук в нетопленной печи.

 

Проклятый стук, назойливый, как Морзе!

Тире и точки... точки и тире...

Окно во льду, и ночь к стеклу примерзла,

и сердце тоже в ледяной коре.

 

Еще темней. Свеча почти погасла.

И над огарком синеватый чад.

А воткнут он в бутылку из–под масла

с наклейкой рваной – «Розовый мускат».

 

Как трудно мне поверить, что когда–то

сюда вино звенящее текло,

что знало зной и пенные раскаты

замасленное, мутное стекло!

 

Наверно, так, взглянув теперь в глаза мне,

хотел бы ты и все–таки не смог

увидеть снова девочку на камне

в лучах и пене с головы до ног.

 

Но я все та же, та же, что бывало...

Пройдет война, и кончится зима.

И если бы я этого не знала,

давно бы ночь свела меня с ума.

 

1942