Вильям Шекспир

Вильям Шекспир

Акт первый, сцена 
     вторая 
  
ЭДМУНД. Тебе, Природа, твоему закону 
Подсуден я. Моя богиня – ты. 
Неужто я традиции прогнившей 
И дикости всеобщей покорюсь? 
Позволю обделить себя за то, 
Что я внебрачный и моложе брата? 
Внебрачный? Забракован, значит? С 
     браком? 
Но я ведь ладно скроен, крепко сшит, 
А силой духа тем не уступаю, 
Кто честною утробою рождён. 
За что бракуют нас? За что нас метят 
Внебрачности тавром? За то, что некто 
Потребность втайне удовлетворяет, 
Выплёскиваясь с пылкостью, которой 
Хватило б на династию хлыщей, 
Заделанных ни въяве, ни во сне 
Из чувства опостылевшего долга? 
Но если мы – законный с незаконным – 
Отцом любимы, – я, лишённый прав, 
Имею право на твои, законный. 
Чудно звучит: «Законный»! Если мне 
С письмом, законный братец, повезёт, 
Тогда в законе будет незаконность. 
Я вверх тянусь, я силой наливаюсь. 
О небо, незаконных вознеси! 
  
Акт первый, сцена 
     четвертая 
  
ШУТ. Тот умник, с чьей подачи 
Всю землю роздал ты, 
Глупей шута, иначе 
Не лез бы он в шуты. 
  
Злой шут сидит у трона, 
На злом – колпак венцом, 
А добрый, сняв корону, 
Не венчан колпаком. 
  
* * * 
  
ШУТ. Теснят шутов и дураков, 
Куска лишая в драке, 
Тьмы одуревших мудрецов, 
Премудрых, как макаки. 
  
* * * 
  
ШУТ. Кукушек воробей вскормил 
На голову свою: 
Разбили те, набравшись сил, 
Макушку воробью. 
  
Второй акт, четвёртая 
     сцена 
  
ШУТ. Отцов негодных гонят вон 
Их дети-подлецы. 
Обласканы со всех сторон 
Богатые отцы. 
Судьба распутнице сродни: 
Не любят бедняков они. 
  
* * * 
  
ШУТ. Кто служит для проформы 
И ценит серебро, 
Спешит во время шторма 
Спасти своё добро. 
  
Но шут с тобою – даже 
Когда сбежит мудрец. 
Глупец стоит на страже, 
А мудрецу конец. 
  
* * * 
  
Акт третий, сцена 
     вторая 
  
ЛИР. Сильнее, ветры, дуйте! Завывайте! 
Раздуйтесь и полопайтесь от злости! 
Разверзнитесь, небесные врата, 
И выпустите смерчи дождевые 
Залить всю землю вплоть до флюгеров! 
Сернистый свет, молниеносный пламень, 
Что с быстротою мысли рассекает 
Столетние дубы, – спали меня! 
Ты, гром, всесокрушающим ударом 
Расплющи толстобрюхий этот мир, 
Нутро природы вскрой и умертви 
Зародыши бессовестных людей! 
  
* * * 
  
ЛИР. Пусть льётся всё, гремит и 
     полыхает! 
Ни дождь, ни гром, ни молния, ни ветер 
Не дочки мне, не подданные даже. 
Я вам никто, свирепые стихии, 
Я вам своей державы не дарил 
И за жестокость вас не упрекаю. 
Поэтому глумитесь надо мной, 
Раз это вам приятно! Я ваш раб. 
Я всеми презираемый старик, 
Больной и слабый. Вы не за меня. 
Вы раболепно служите моим 
Неблагодарным дочкам, ополчились 
Вы на седую голову мою! 
  
* * * 
  
ШУТ. Когда попы заговорят не лживо, 
А пивовары не разбавят пива, 
Портняжка станет пэром, а в костёр 
Пойдёт не еретик, но сутенёр; 
Когда в судах законность воцарится, 
И разорят не фермера, но принца; 
Когда в толпе не срежут кошелька, 
А клеветник лишится языка; 
Когда скупец начнёт сорить деньгами 
И запоют блудницы в божьем храме, – 
То на Британских островах, 
Где ходят все на головах, 
Пойдет всё прахом, а в итоге 
Все встанут с головы на ноги. 
  
Акт четвёртый, сцена 
     шестая 
  
ГЛОСТЕР. Я вспомнил голос! Это же 
     король! 
ЛИР. Да, целиком и полностью – король. 
Взгляну – и всё дрожит. Живи покуда. 
Что натворил ты? Изменил жене? 
Но это не смертельно. Размножайся. 
Ты не преступник. Мухи и букашки 
Развратничают прямо на глазах. 
Пусть все совокупляются со всеми! 
Сын Глостера, рождённый вне закона, 
С отцом своим нежнее обошёлся, 
Чем со своим – две дочери мои, 
Плоды законной страсти. Вожделенье! 
Всех оплети своею паутиной! 
Солдаты мне нужны. – Иная дама 
Жеманничает, корчит недотрогу; 
На личике написано, что лёд 
Меж ног у ней; и ушки зажимает, 
Когда ей намекнут о наслажденье; 
Сплошная добродетель, а на деле... 
На деле – сладострастнее, чем сука 
Или кобыла. Женщины – кентавры, 
А женский поясок – водораздел: 
Всё то, что выше талии, – от бога; 
Что ниже талии, – от сатаны. 
Там пекло, ад кромешный, серный 
     пламень, 
Зловоние, мучение и смерть! 
  
* * * 
  
ЛИР. За что, палач, ты шлюху исхлестал? 
За то, что отказалась переспать 
Она с тобою, кровожадный зверь? 
Ты б лучше задницу свою подставил 
Под ту же плеть. Вон жулика ведёт 
На дыбу ростовщик жуликоватый. 
Видны пороки только сквозь лохмотья, 
А сквозь меха не видно ничего. 
Щит золотой, скрывающий грехи, 
Копьё закона ловко отобьёт, 
Тряпьё же их не в силах защитить 
От крохотной булавки обвиненья. 
Никто ни в чём не виноват. Никто. 
Ни в чём. Я поручусь за всех. 
Бери пример с меня: уж я-то знаю, 
Как прокурорам отвести глаза. 
Стекляшками прикрой свою незрячесть 
И утверждай, как интриган-политик, 
Что видишь то, что видеть не дано.


Популярные стихи

Михаил Матусовский
Михаил Матусовский «Скворцы прилетели»
Владимир Набоков
Владимир Набоков «Живи. Не жалуйся, не числи»
Николай Рубцов
Николай Рубцов «Вечернее происшествие»
Давид Самойлов
Давид Самойлов «Старик Державин»
Ника Турбина
Ника Турбина «Я – полынь-трава»