Владимир Монахов

Владимир Монахов

Четвёртое измерение № 9 (9) от 19 августа 2006 г.

Подборка: Готический роман

Чучело

 

Часы – чучело вечности,
по стрелкам которых
мы никогда не узнаем,
сколько осталось
будущего у Бога.
И потому
в одиночной камере бытия
мы перестукиваемся со временем.
Я – сердцем.
Оно – часовым механизмом
у пульса на моей руке.

 

* * *

 

Облизываю звёзды:

Каждую ночь смотрю

Выше себя самого.

Становясь на цыпочки жизни,

Наступаю на пятки будущему,

Над которым пустует небо!

 

* * *

 

Разбросаны по миру

Могилы

Отца

и

Мамы

Бабушки

и

Жены –

Тугие узелки земли

Крепко-накрепко

Завязаны

Памятью бытия

 

Русская сказка

 

Памяти моих родителей Василия и Любови посвящается

 

Прибежала соседка, закричала:

– Идите, смотрите – ваш отец опять летает по небу,

распугивая птиц!

 

Мама заплакала, запричитала:

– Господи, за что нам такое наказание?

Лучше бы он напился и валялся в канаве,

как все люди. И зачем показывать,

что у тебя есть крылья?

 

Соседка удивлённо посмотрела на маму:

– И чего так убиваешься? Налетается мужик досыта,

так хоть домой вернётся чистым!

 

– Да когда он добровольно возвращался? –

негодовала мама. – Мне же за ним и лететь!

А сколько ещё дел в доме!

 

– А можно мне? – спросил я у мамы.

 

– Глядите, и этот туда же, – всплеснула руками мама,

доставая из тёмного чулана пыльные крылья

 

* * *

  

Кого сегодня удивишь

Пространным поэтическим суждением

О первом весеннем ливне,

Который весь вечер лил

Как из ведра над нашим городом?..

 

Лишь ты с замиранием слушала

Моё бормотание, когда я нагло ввалился

В твой дом, бесприютным

И мокрым с головы до пят, и

Пытался сбивчиво очертить

Словами бесконечный поток воды,

Который теперь умею отличать от реки,

Реку от дождя,

Дождь от неба,

Небо от звезд,

Звёзды от бесконечности,

Из которой я мужественно

Шёл навстречу к тебе.

 

Ты не могла нарадоваться,

Что я пришел именно к тебе –

(Особо обращая внимание на то, что к тебе) –

И одновременно половой тряпкой энергично

Вытирала под ногами лужи воды.

А чтобы я не простыл – раздела донага,

Укутала большим махровым полотенцем,

И уложила на диван…

 

Я сквозь пелену сна видел, как

Ты бегала, суетилась и даже не замечала,

Что желанный гость мертвецки пьян,

А от него пахнет

Чужими

Духами,

И посторонний запах

Не смог смыть даже проливной

Весенний дождь,

Под которым

Я весь вечер

Искал дорогу

К тебе одной!

 

* * *

 

По утрам рядом со мной

Просыпается неугомонная старость

И будит меня к заботам дня.

Вдвоём мы едим гречневую кашу,

Глотаем пищевые добавки,

Выпиваем зелёный чай,

Принимаем таблетку от давления

И попутно вспоминаем всех,

Кого уже нет больше с нами.

 

Затем, в течение дня, стараемся

Вести совместную активную жизнь,

Зарабатывая на чёрный день.

Причём, я устаю быстрее,

Чем моя неутомимая старость,

Для которой напряженный трудовой распорядок

Всё ещё не в тягость.

 

По вечерам, посмотрев телевизор,

Перечитав письма и газеты,

Мысленно пообщавшись со всеми,

Кого давно рядом с нами нет,

Она засыпает первой,

А я в ночном одиночестве обдумываю:

Как долго мы будем по утрам

Просыпаться вместе,

И в оставшиеся годы чем сможем украсить

Жизнь друг для друга?

 

Готический роман

 

Твоя любовь

Растворила меня

В жарких объятиях.

И теперь я струюсь

По системе твоего

Кровообращения,

Достигая всех

Мыслимых и немыслимых

Частей тела и возвращаюсь

назад к пылко любящему сердцу.

 

Ты так мечтала,

Ты так хотела этого –

И вот твои планы исполнились!

 

Теперь ты счастлива, как никогда –

Ведь я круглые сутки с тобой.

 

Но каждый день люди задают

Неприятные вопросы

О моей судьбе.

И ты откровенно рассказываешь им,

Как я стал главной составной частью

Твоей системы кровообращения.

……………………………………

И вот теперь тебя судят

За убийство любимого.

И ты не можешь доказать, что я жив,

Что я основная составная

Часть тебя!

 

Мы с тобой одной крови – ты и я!

Но я не могу этого подтвердить,

Как основной свидетель

На людском суде,

Потому что

Моя жизнь в тебе,

А в твоей жизни – Я!

Но никто, кроме нас,

Этого не знает.

 

* * *

 

Чтобы люди крепче

Врастали в планету,

Их закапывают

В шар земной

После смерти.

А они разрастаются

Корнями воспоминаний,

Чтобы верхушками

Дерев щекотать

Пятки неба.

 

* * *

 

Всё меньше и меньше

На этом, но

Всё больше и больше

Моих воспоминаний

На том свете.

Но ходят ли мёртвые

В гости друг к другу,

Разливая в кубки черепов

Яд воспоминаний?..

 

Переселение

 

…в тишине

в городе без стен.

Татьяна Виноградова

 

По ночам я слышу,

Как за стеной переворачивается

Со скрипом душа соседки,

Которой давным-давно

Никто не говорил:

«Я тебя люблю»!

 

Мэр нашего города,

Прочитав это наблюдение

В местной газете,

Вызвал заместителей и сказал:

«У нашего поэта плохие жилищные условия.

Надо ему помочь!»

И через месяц я переехал в новую

Просторную квартиру

Улучшенной планировки.

 

Но и там каждую ночь

Я по-прежнему слышу,

Как ворочается

Со скрипом душа соседа,

Который давным-давно

Никому не говорил:

«Я тебя люблю»!

 

Подросток Савенко. 1962

 

Он страстно желал и

Неустанно мечтал, чтобы все его любили

 

Тогда он перерезал себе вены и умер

 

На его похороны собрались люди,

Которые рыдали навзрыд:

 

Плакали мама и папа

 

Плакали красивые и особенно некрасивые девушки

 

Плакали смелые пацаны с его улицы

 

Плакали равнодушные соседи

 

Плакали заучившиеся одноклассники

 

Плакали безденежные учителя

 

Плакали милиция прокуратура и суд

 

Плакали трудовые коллективы фабрик и заводов

 

Плакали все важные и неважные персоны

 

Плакала Организация Объединенных Наций

 

Плакало всё прогрессивное и

Особенно непрогрессивное человечество

 

А он лежал в гробу и с любопытством

Лицезрел, как все бескорыстно любят мертвого

 

И впервые ощутил камнем сердца счастье вождя:

 

Все тебя любят, а ты не любишь никого!

 

Тишина звучащая

 

Константину Кедрову

 

И молвила тишина:

Звени и будь!

 

И разбрасывал зерно слов

Повсюду, где только можно,

Белым и чёрным глаголом

Посеять богомассы звук.

 

По столбовой дороге поэзии,

Всюду отшумел тишиной.

 

А когда тишина отзвучала,

То двинулась новая сила

Отыскать следы Слова,

 

Чтобы Песнью Песней сжать

Тишину звенящую.

 

* * *

 

две проталины глаз следят как люди

выходят на улицы к чужим поступкам

выводят за руки исполнение желаний

размножать в суете сует замыслы сновидений

 

крепко жмут руки единокровным врагам

и сладко подмигивают вольным проституткам

невзначай совершая повороты истории

 

едоки хлеба штурмуют тупики прошлого

где гуляя в разные стороны

в зарослях памяти заблудились

бойцы невидимого фронта

 

пьяные в стельку от забытых побед

толкаются по ночам у запертой двери бытия

за которой живые и мёртвые торгуются

с падшим Господом

перед пробуждением

дня иного

чечено-

вечества

 

* * *

 

Живу у парка культуры,

Где трамвай всегда делает

Конечную остановку.

 

По сто раз на день кондуктор

Объявляет громогласно в вагоне:

«Парк культуры.

Конечная остановка».

 

Вот уже сорок лет – здесь я схожу

И не торопясь, иду домой

Мимо высоких деревьев парка.

 

Иногда я надолго уезжаю в отпуск

Или длительную командировку,

Но всегда с великой радостью возвращаюсь

На свою конечную остановку

У парка культуры.

 

Бренд «30 сребреников»

 
И сказал первый:
– Ты – Иуда!
И возразил ему второй:
– Иуда – ты!
– Я первый сказал! – возмутился первый.
­– Ты первый продал! – был непреклонен второй.
Достаточно всего тридцати сребреников,
чтобы нанять Иуду для предательства,
но никаким золотом мира
не заставить
держать язык за зубами
желающих доносить.

 

* * *

 

В переулке Нижне Садовом

За углом

Начинается космос:

Там падают звезды,

А Господь думает о людях:

Мелочи жизни,

Многие из которых не

Попадут в историю,

Которая заканчивается там,

Где начинается жизнь.

 

* * *

 

Героя убили раньше

Чем появилось сообщение

«КОНЕЦ ФИЛЬМА»

 

И герой никогда не узнал

Что это было кино

 

А его смерть оплакали

Десять миллионов

Любителей прекрасного

 

* * *

 

Мой возраст о любви заговорил,
Когда учился я в четвёртом классе.
Насочинял тетрадочку стихов,
Любимой имя повторил сто раз,
Сочтя его прекрасным украшением
К другим невыразительным словам.
Собрав однажды преданных друзей,
Я посвятил их в тайнопись души –
Никто не посмеялся надо мною,
А даже восхитились смелым чувством,
Что ярко я сумел облечь в стихи.
И дерзкий второгодник Витька Лебедь
Сказал: «Для укрепления союза
Мы все влюбиться в девочку должны
И друга поддержать в столь важный час!»
Его порыв все дружно одобряли –
Клялись быть верными и сердцем, и душою,
Той девочке, в которую влюблён.
И, восхищённый, я стихи раздал,
Чтобы смогли любовными посланьями
Продемонстрировать всеобщее признание
Моей девчонке наши пацаны.

О, заблужденье молодой души!
Так свято верить в силу коллектива!
Не ведал я, что все друзья давно
Любили тайно девочку мою,
Лишь неуменье говорить стихами
Их заставляло сдержанно молчать.
И по команде Витьки объяснились
В своей любви моими же стихами.
Но были все старания напрасны –
Мечтала о другом наша любовь!

 

* * *

 

Человечество движется

По бытию со скоростью жизни,

Выслушивая жадно последние сообщения

С экранов ТВ,

Вычитывая подробности в газетах,

Как развивается

Масс-кулатура человечества…

 

И редко-редко в последних новостях

Можно услышать сообщения о стихах.

 

Но, отвлекаясь от повседневной натруженности

На чтение старого или нового поэта,

Я всегда подозреваю,

Что стихи никогда не иссякнут,

Даже если первыми завершатся

Последние новости бытия!

 

* * *

 

Владимиру Носкову

 

Кровью и плотью людской

Пропахла вся земля

От малых и мировых войн,

Которыми прошло человечество...

 

Боль теперь крепко сжимает сердца,

Делая их ещё тверже и воинственнее!

 

А когда они станут каменными,

То их зароют в горячую от боёв землю,

Чтобы когда-то наши внуки

Откопали для новой войны!

 

Ведь им тоже понадобится оружие –

Для последнего ближнего боя –

Из булыжников гневных сердец.

 

Кто крепко сожмёт

Наши сердца в руках –

Тот непобедим!

 

* * *

 

Детей опрашивают в саду:
кем хотите стать, когда вырастите?
Потянулись к верху ручонки,
зашумели наперегонки:
генералом, лётчиком,
космонавтом, артисткой,
продавцом мороженого
........................................
И только один мальчик
тихо-тихо прошептал:
« С-ума-шедшим...»

Дети рассмеялись.
Взрослые многозначительно
переглянулись. Разве объяснишь
этим карьеристам и их пособникам,
что слышал мальчик среди ночи,
как мама нежно называла папу
«сумасшедшим»... А мальчику
уже не хватает в жизни таких
трепетных слов.

 

* * *

 

землю смешали с небом

небо зарыли в землю

 

о колючки звёзд спотыкаются

не смотрящие больше под ноги

 

затяжное молчание:

жду последних новостей

из тишины того света