Яков Маркович

Яков Маркович

За Мёртвым морем, в солнечном 
     тумане, 
          Течёт мираж. 
          Бунин, «Бедуин» 
  
1 
Песок золотой от солнца, а солнце – 
     белее нет, 
Здесь нет святей дромадеров, хоть всему 
     голова Мухаммед. 
  
Пиала с волшебным кумысом, а хлебом – 
     сладость дынь, 
Вынь усталость из буйного сердца 
     накануне шторма пустынь. 
  
Наизусть, как хафиз, из Корана восхвали 
     Аллаха и высь, 
Помолись на восток лучезарный и 
     представь себе курса эскиз. 
  
Караван плывёт в океане. Красота – 
     миражи, витражи! 
О, райские фонтаны! В них милость 
     Всевышний вложил. 
  
И качаясь в седле ритмично, вопреки или 
     в силу стихий, 
Сочиняй стихи о красотках или предках, 
     кто были лихи. 
  
2 
Дромадеры. Звонят колокольчики-рынды, 
Виды – смотри не засни от их 
     монотонности, – 
Только и новости, если джинны разбудят 
     мираж 
И не будний пейзаж очарует мечтой 
     бедуина. 
  
Пустыня. Кильватер песчаный стараньем 
     верблюда 
Как будто по нитке до первой стоянки 
     протянут, 
Каравану плыть в божественном ритме, 
В алгоритме жемчужной поэзии мира. 
  
3 
Бедуина в изгнанье спасал не верблюд, а 
     напев – 
Гнев сородичей скрашивал он воспеванием 
     дев. 
  
Прозывалась любовная песнь у арабов 
     насиб, 
Как достойно носил свое имя дед мой 
     Насиб! 
  
Разве счесть незнакомок, обласканных 
     страстным вдовцом 
(Дед отцом представлялся моим, сняв 
     заране кольцо)?! 
  
Материнскую нежность дарили объятия их, 
Ласке тётей чужих я был рад, как и 
     тайне двоих… 
  
Видно, так повелось от родных мне 
     сердечных глубин 
До седин я, как дед мой, в любви сам 
     себе бедуин.