Юрий Якобсон

Юрий Якобсон

Четвёртое измерение № 19 (475) от 1 июля 2019 г.

Подборка: Лавочка

Присаживайся на лавочку! Посидим, покурим, почитаем стихи. Нам таки есть о чём поговорить…

 

Автор

Кукушонок

 

Смотрю спокойно и отрешённо.

И будет вечер, и будет утро.

Я просто маленький кукушонок –

Кому-то маленький, а кому-то…

 

Гнездо очищено добросовестно –

Не претендует никто на место:

Не с кем делиться, и не с кем ссориться,

Не с кем общаться, и просто не с кем…

 

Всегда накормят, такой вот стимул,

И отказаться довольно сложно –

Рабы привычек, рабы инстинктов

Рабы понятий, и просто Божьи…

 

Но можно вырваться. Подрасту – и,

Толпу расталкивая упрямо,

Кому-то медленно накукую

Явленье тройки, семёрки, дамы.

 

Куклы

(триптих)

 

1. Химера

 

Падают слёзы, и капли падают мерно.

Вдаль улетает, блестя опереньем, слово.

Пышно восходят неведомые химеры

На унавоженной почве ступенек Маслоу.

 

Куколка нежно себя облекает в кокон,

Кукла выходит с экрана, пробуя ножик,

Кукла глотает, в горле у куклы комом –

Если уверуешь, значит, пока что можешь!

 

Падают капли, и время падает мерно.

Выглянешь ли наружу, пронзая купол?

Я сотворил тебя. Ты сотворил химеру.

Дальше конец творенья. Гримасы кукол.

 

2. Голем

 

Ты знаешь, всё было не так. Ты ни капли не болен.

А травка была зеленее, и фильм – интереснее.

Ты веришь, что был на Канарах, в Канаде, в депрессии,

И лепишь фантом. Но в итоге получится Голем.

 

Беги от него по готической улочке Праги!

Спасайся, кто может. В пещерах, чертогах, укрытиях.

 

Забанить? Забавно. Забыть? Можно только зарыть его.

Мы правы. Ты прав. Значит, все обоюдно неправы.

 

А ты не святой. А святая вокруг простота.

А он не из глины. Хотя и лепился из глины.

Но ты его вышибешь. Крепким осиновым клином.

И просто живёшь. Потому что всё было не так.

 

3. Камень

 

Не веруй рекламе,

Ты не суицидент – просто вырванный в воздух кит.

Прими этот камень –

Он с волшебного места, где сливаются две реки!

Пускай ты огромен –

Это лишь для себя, а для моря ничтожно мал,

Иди ко мне в домик,

Отряхнись, отряхни назойливых прилипал.

Ты воздухом выжжен –

Только в нём есть вода, ты умеешь её мутить!

Он просто булыжник?

Но зато от меня, ты прими, вдруг покажет ещё пути?

Не пялься на кукол –

Их стеклянные лица не видали чудес морских.

Возьми мою руку,

Мы с волшебного места, где сливаются две реки…

 

Хава Нагила

 

Танцевать неохота, но шибко надобно –

Если вытащен в круг, никуда не денешься…

Вы опять поёте – давайте радоваться,

А я просто стою, а я просто дерево.

 

Нету радости в сердце, и сердце каменно,

Пусть эпохи мимо меня проносятся,

А я просто молчу, а я просто памятник

Сам себе, и тому, кто не знает осени.

 

Хороводы ведутся да хороводятся –

Карабас-Барабасы да Миши с Машами.

Не кристальной водой, так хрустальной водкою –

На обочине по-над снесённой башнею.

 

Вы пьяны, вы танцуйте, не надо париться,

Ур ахим, поспешим, никуда не денемся…

Сорок дней, сорок лет, а сороки каркают.

Я встаю. Я иду. Я не просто дерево.

 

Прятки

 

Мальчик летит на скейте. Августа марево

Тихо колышется, нежно качая чаек.

Ленится летней истомой бульвар Гагарина,

Мальчик летит, волнуется и мечтает.

 

Думает, что неделю ещё каникулы…

Так ничего, на Байкале вода прохладная…

Эх, хорошо бы учебники взять да выкинуть…

Правда – увижу Настю, и это радует!

 

Тучка идёт. Но тучка пока не страшная,

Не радиоактивна, и не зловонна…

Мальчик летит, мальчик сумеет спрятаться,

Мальчик не ведает зла пострашней драконов.

 

Только уже игра потихоньку начата,

Туз приготовлен, тузам не пристало ссориться.

Приняты ставки. Сейчас – на голову мальчика,

Завтра – вот этой девочки из песочницы.

 

Голлумы, Волдеморты, Кощеи, Лектеры –

Маски антагонистов надолго заняты…

Кружатся в никуда ведущие лестницы,

Мальчика защищает поток незнания.

 

Что ж, полетели дальше, и что там скачано?

Лёгкая кнопка мыши раздавит гадину.

Мальчик не Бэтмен. Мальчик пока что спрячется.

Ленится летней истомой бульвар Гагарина…

 

Санта

 

А давайте сыграем в тайного Санту!

Кто получит подарок, считайте – выжил.

Если не пожелаешь ехать на санках –

Встаёшь на лыжи.

 

Одеваемся в зайчиков и ковбоев.

Кто боится – стреляет не холостыми,

Кто решил, что по смыслу нужно другое –

Вычеркнет имя.

 

На десерт приготовим пирог и шашки,

Только Крёстный Отец закажет лазанью.

Каждый может повысить рейтинг и шансы,

Держа экзамен.

 

Не забудьте детей потеплей укутать –

Вдруг салют чересчур покажется ярким.

Если выпьешь из шарика, то цикута

Станет «бояркой».

 

Президенты вещают на эсперанто…

В неспиральной галактике почему-то

Каждый вечер в камине сгорает Санта.

Вернётся утром.

 

Портной

 

Не построить ли замок или уютный ковчег?

Не родиться ли заново с громким именем Ной –

Взять коллекцию тварей, имеющих пару и честь,

Но сегодня навряд ли, я просто еврейский портной…

Но сегодня суббота, и надо готовить бульон,

И форшмак, и гешефт, и немного себя. Чтобы жить.

Надеваем жилетку и пляшем. Сегодняшним днём.

Не пристало быть вечным, когда ты без этого жид.

А ковчег подождёт. Не какие-то там сорок лет.

А усталый портной наполняет субботний бокал,

Только в Торе скорее вопросы. А где-то ответ

Ожидает пустыню, в которой ещё не блуждал.

.............................................................................

Если хочется счастья, просто приди и возьми.

Вейз мир

 

Киви

 

Птица киви прыгает в воздух, хочет взлететь,

Опираясь на стаю элементарных частиц,

А из облака голос: «Не бойся, я твой отец!»

А из облака дождик, смиренно любящий птиц.

А частицы на мягких крыльях стремятся ввысь –

Если падают, значит кому-то приснится снег.

Птица киви решает, материя или мысль.

Птице киви так просто увидеть, что значит «нет».

А материя рвётся. Положим пару заплат,

И заштопаем толстой нитью облачный край.

Ты ещё не молилась, теперь немного поплачь,

Ты уже улетела, тайком закрывая храм.

Больше нету объектов материальней птиц.

Распускаются крылья, солнце употребя.

Эта птица всего лишь киви, она летит –

Что позволено киви, ожидает тебя.

 

Мёртвое море

 

Медленно рассекает орбиту Хаббл,

Зрит инфракрасно зеркалом в самый корень.

Чёрные дыры, каналы, хребты, ухабы

Не отрицают явленья Мёртвого моря.

Мёртвое море не отрицает жизни,

Самодостаточно, как стихи интроверта,

Морю не нужен омуль, бакланы, гризли –

Морю хватает соли, хватает веры.

Если ты море, и мёртвому есть работа –

Вот уже много веков посреди пустыни

В поисках жён стоят, обернувшись, Лоты,

Море смеётся, море их не пустило.

Свитки Кумрана не отрицают Хаос –

Только твори, и творенье из моря выйдет.

Вертится маленький шар, а повыше Хаббл

Среди парсеков находит моря живые.

 

Ваза

 

Эта ваза в стиле барокко, а снаружи ходят медведи.

А в Марокко дует сирокко, а в Марокко ты не поедешь…

Этот день – забытый подарок, на своём ожиданном месте -

А давай поучим на пару арифметику путешествий!

Дважды два посмотрим направо, дважды пять беру твою руку,

Дуют ветры в Чите и Праге, сокрушая стебли бамбука.

Этот день захочет остаться, а давай поймаем медведя!

Среди всех загадочных станций та, которую мы проедем.

А Марокко не заграница, а куда нам сегодня светит?

Эта ваза может разбиться, если сильно подует ветер…

 

Лётчик

 

Назови меня по имени-отчеству,

Остальное – никого не касается!

И учти – сегодня я буду лётчиком,

Прибывая точно по расписанию.

 

Невзирая ни на обледенение,

Ни на притяженье манящей Арктики,

Призываю только к объединению

Всех фан-клубов в лоно правящей Партии!

 

А везу тебе я икры мороженной,

И полпуда снега – такой придурочный:

Он экологический, он из прошлого,

Специально чтобы лепить снегурочек…

 

А меня пельмешками ты попотчуешь,

Запотевшим пивом из холодильника…

Посмотри – повсюду лётчики, лётчики

На свету раскрашенного светильника!

 

Всё роятся, экранируя градины,

Лишь мелькают плоскости или лопасти,

Даже с глубины Марианской впадины

Кто-то вылетает, забыв условности.

 

Хоть бы многоточием, но не точками…

Даже с опозданием, но не поздно бы…

И учти – сегодня я буду лётчиком!

Дайте коридор! Остальное – в воздухе.

 

Март

 

Человек человеку – бог, инструмент инструменту – альт.

Если непостоянна боль, надеваешь опять вуаль.

Перемены нужны весной, но пока её сотворят…

Но играются восемь нот тридцать третьего мартобря.

Инструмент человеку – день, Ахиллес черепахе – брат.

Подскажи, что сейчас надеть, если ёлку давно убрал.

Снова вместе слушали альт, поиграли траурный марш.

Снег пошёл – никому не жаль, человек воскресенью – март.

Понедельник дороге – снег, снова вместе слушали джаз.

Почему ты сказала «нет», если точно сложился паззл?

Снег закончится нотой до, очищая нам тротуар.

Человек инструменту – дом, ты поверила в этот март.

 

Лавочка

 

Загорелась лампочка, не гаси. Посиди на лавочке, потуси. Перемоем косточки, хоть на час. Вижу гвозди острые – вон, торчат.

 

Вижу дали дальние, горизонт. Ждать, что с неба свалится, не резон. Под землёю копано не про нас. Лавочка под попою – не матрас. Не перина мягкая, птичий пух. Посидим, поахаем, милый Пух. Это только присказка, просто фон. Я сегодня Кристофер-Христофор. Перед каравеллами полный штиль. А чего не велено – не открыл. Говорили давеча – только за! Посиди на лавочке, есть базар.

 

Не находим выхода, просто смех. Вижу ёлки с пихтами, вижу смерч. Дамы с кавалерами, марш на бал! Перед каравеллами весь Байкал.

 

Посиди на лавочке, время вспять. Если не заладится – можно встать. Просто будем добрыми к малым сим. Загорятся домики – не гаси.